Глава 8 Незваные гости
На утро у комедиантов не было запланировано никаких дел, поэтому Ковалёв решил выспаться, как он выражался, до упора. Комедиант не стал накануне заводить будильник и предупредил Жаба и Носка, чтобы без веской причины его не будили. Однако осуществить задуманное не получилось — Лёха проснулся от громкого разговора в гостиной. Протерев глаза, зевнув и грязно выругавшись, он оделся и покинул спальню.
Когда Ковалёв спустился в гостиную, он застал там одного адвоката.
— С кем ты разговаривал? — спросил Лёха.
— С коллекционером, — ответил Носок.
— С каким?
— Не знаю. Но он звонил мне насчёт картины.
— Звонил тебе? Но как он тебя нашёл? Ты же должен был инкогнито идти на аукцион!
— Я так туда и ходил. Но по их правилам надо было оставить хоть какой-то контакт. Пришлось дать адрес этого дома. Коллекционер на адрес и звонил. Не на личный номер. Я через инфовизор звонок принял.
— Хорошо, с этим разобрались, — сказал Ковалёв. — Что это был за коллекционер? Как его зовут?
— Он не представился. Тоже хочет остаться инкогнито.
— А зачем звонил?
— Так коллекционер же! — удивился Носок. — Стало быть, картину хочет купить. До аукциона.
— Хитрый, — Лёха усмехнулся. — Сэкономить хочет. Только тебе какой с этого толк? На аукционе явно можно выручить больше.
— Он говорит, что и для меня имеются плюсы в подобной сделке, и я допускаю, что так оно и есть. Мы ведь не знаем всех нюансов.
— Хорошо, допустим. И какие это плюсы?
— Он сказал, что озвучит это только при встрече.
— У нас нет возможности встречаться с кем попало.
— А если это звонил Тид? — сказал подошедший и прислушавшийся к разговору Жаб. — Не думаю, что очень много поклонников этого Кармога, способных выложить по двадцать миллионов за картину.
— Думаю, достаточно, — возразил Ковалёв. — Но тоже допускаю, что это мог быть Тид. Но пока мы не встретимся со звонившим и не увидим, как он выглядит — не узнаем, кто это.
— Я могу его описать, он ведь звонил по видеосвязи, — сказал носок. — Хотя из меня, признаться, неважный описывальщик.
— Что же ты сразу не сказал, что он по видео звонил? — пробурчал Жаб.
— Так Вы и не спрашивали. А он не сразу видеорежим включил. Хотел остаться полностью неизвестным, но я сказал, что если не знаю его имени, то хочу видеть его лицо. Иначе это как-то совсем уж неправильно. Имя он называть всё равно отказался, но видеорежим включил. Сейчас попробую его описать.
— Не будем тратить на это время, — сказал Ковалёв и быстро вызвал из памяти инфовизора сохранённые накануне фотографии Бронкхорста с неизвестным человеком, выжившим после полёта в капсуле.