— Они опирались на аристократию, — ответил Ари. — А это значит, что в будущем по их плану… Я лично разговаривал с Эдарианом Сейрусом. Сыном того, кто был одним из главных. В его компании все было построено на принципе превосходства. И если бы победили они, вряд ли бы было предложено общество равных возможностей. Сначала другие расы стали бы разумными второго сорта. А потом часть уже людей, когда эльфы, орки и остальные бы закончились.

— Вижу, ты серьезно изучил труды Данарии Эридис и Терона Аассена, — заметил император. — И какой образ подданного, по твоему мнению, нужно предложить?

— Я полностью согласен в этом с императрицей, — ответил Аринэль. — Оценка по делам, направленным на общее благо.

— А ты, Аринэль, — твердо произнес император. — Ты считаешь себя достойным своего титула?

— Я считаю это авансом доверия, — ответил Аринэль не менее твердо. — Планкой, которую я не могу опускать.

Император пристально посмотрел на Ари.

— А если престол посчитает необходимым поставить тебя во главе… карательного похода? — на скулах Аассена вздулись желваки. — И ты должен будешь лично выносить смертные приговоры…

— В том числе тем, кто сейчас считается моими друзьями, — закончил за Аасена Аринэль. — Или даже родственникам?

Аассен продолжал пристально смотреть на парня.

— Я полагаю, ваше величество, вы ждете от меня не слепого подчинения? — задал следующий вопрос Ари. — Если будет такова воля Имперского престола, я приложу все силы, чтобы разобраться в сути и вынести справедливое решение. Невзирая на имена и титулы…

* * *

Чуть позже. Комната Тайфолов

Аринэль и Юлиса встретились у входа в кампус. Поглядели друг на друга.

— Какая-то ты бледная, Юль, — усмехнулся Ари.

— На себя посмотри, — устало ответила девушка.

Ари открыл дверь перед дамой. Юлиса прошла в здание, тяжело ступая, словно с марафона только что вернулась.

— О чем говорили? — спросил Аринэль.

— Тайфол, иди в зад, — огрызнулась Юлиса. — Не наговорился еще что ли?

— Согласен, — кивнул Ари.

— Хочу ориса, — выдохнула Юлиса. — И того печенья.

Она подумала, идя рядом с Ари.

— И мяса, — добавила она.

Принцесса посмотрела на Аринэля, нахмурилась. А потом прихватила его под руку.

— А теперь скажи мне, дорогой, — последнее слова Юлиса произнесла с изрядной язвительностью. — Зачем мне нужно было врать?

— Не врать, а умолчать, — поправил Ари.

— Да хоть сплясать! — отрезала Юлиса. — Вообще-то, я сейчас лгала не только маме, но и императрице!

— Нет, Юль, только маме, — чуть нахмурился Аринэль. — Императрица бы совершенно спокойно восприняла тот факт, что ты обучаешься на рекуриара.