Я на ходу принялся посылать ему мыслеобразы, показывая храм Маммоны и доспехи Горского. Логично же будет, что драхниды отнесли их туда, где хранятся и другие вещи тех, кто угодил в это место. Но поймёт ли Апофис, что ему нужно полетать по подземелью и найти эти доспехи? Да Цербер его знает.

Впрочем, он всё же исчез в пятне мрака, видимо, что-то уразумев.

А я пропустил Огневу вперёд, предложив ей взять на себя пауков, вывернувшихся из-за угла. Ведь девушке нужно прокачивать свои атрибуты. А тут чуть ли не идеальные условия. Тратится в три раза больше маны, что повышает сложность битвы. Именно тяжёлые сражения и позволяют атрибутам расти.

Баронесса приступила к делу. Её «каменные шипы» входили в брюшки пауков, порой пронзая их насквозь. Хруст хитина отражался от стен подземелья, голубая гемолимфа заливала мох. А жёлтая слизь и вываливающиеся внутренности пауков щедро пятнали земляной пол. Воздух же пропитался вонью.

А вскоре появился и смрад от горящей плоти. Мулатка занялась кулинарией. Она поджарила пауков с помощью «стены пламени». Прокатившейся по кишке огненный вал заставил монстров издать болезненные звуки, похожие на тиканье часов. Глаза пауков лопнули от жара, волоски сгорели, а кожа свернулась.

Никто не смог уйти от магии Огневой. Она уничтожила всех чудовищ. Правда, сама покрылась капельками пота и тяжело задышала.

Однако её хватило ещё на несколько боёв. Она даже сумела одолеть трёх драхнидов. Но мне всё-таки пришлось с десяток раз наложить на Огневу «вдохновение», повышая уровень её атрибута. Зато девушка получила немало опыта. Да ещё мы по самое не балуй зарядили энергетическую ловушку, которую я прихватил с собой.

— Ну как? — приподнято спросил я, когда мы оказались в небольшой пещере, где девушка сразу же присела, чтобы перевести дыхание.

— Сейчас помру, — прохрипела она, смахнула пот со лба и одним глотком допила воду из фляжки.

— Ты все равно когда-нибудь умрешь. Почему не сегодня?

— Звучит совсем не ободряюще, — недовольно глянула она на меня.

Я усмехнулся и увидел вылетевшего из мрака Апофиса.

Он устало уселся мне на плечо, пошипел немного и передал мыслеобраз. Тот показал окутанную паутиной пещеру, где в тусклом свете сталактитов поблёскивали доспехи Горского. А рядом с ними валялись ещё кое-какие вещи.

Отлично! Надеюсь, мне удастся найти там несколько артефактов. Обычные изделия меня совсем не интересуют.

— Огнева, поднимайся. Пора в путь, — махнул я ей и вышел из пещеры.

Девушка с едва слышным стоном побрела за мной. А уже через пару минут она испустила удивлённо-насторожённый выдох. Ведь мы вышли на берег узкой подземной реки. Спокойные чёрные воды пересекали небольшую вытянутую, как бочка, пещеру. А всё вокруг было выложено грубо обработанными камнями.