И тут меня будто все боги и богини мудрости поцеловали в самое темечко. Я вдруг сообразил, что нужно делать!

— Дуэль! — азартно выпалил я, глядя на баронессу, гневно раздувающую крылья носа. — Огнева, ты должна вызвать Белову на дуэль. Победительница остаётся в академии, а проигравшая неудачница с позором её покидает…

— … Громов, ты не охерел⁈ — выпалила Огнева, перебив меня.

— Я согласна на дуэль! — гордо вскинула голову Белова, нисколько не смущаясь того, что на ней красуются только кружевные чёрные трусики.

Баронесса же успела в своей комнате накинуть халат.

Она пару мгновений прожигала меня злым взглядом, а потом облизала пухлые губы и бросила графине:

— Будет вам дуэль.

Она скрипнула зубами и вышла в коридор. А там уже зашелестели сонные голоса. Обитательницы этажа высыпались из своих комнат, встревоженные грохотом выломанной двери.

— Потом ещё поговорим, — бросил я Беловой и телепортировался за окно.

Ночная прохлада приятно облизала разгорячённую кожу лица, а внутренний голос недовольно сказал, что графиня как-то легко отделалась. Даже если она проиграет дуэль, то всего лишь свалит из академии. Но, с другой стороны, не убивать же мне Белову? Вот в бою я бы грохнул её и даже не поморщился, а вот как-то по-другому не хочется. Локи бы не одобрил такой поступок.

Вздохнув, я никем не замеченный вернулся в свою комнату, помылся и завалился спать.

Но сон сморил меня не сразу. Я успел вспомнить слова потомка Аида, брошенные в ответ на вопрос, кто стоит за покушениями на меня: «Я шепну её имя, когда вспорю твою глотку».

К сожалению, знание пола моего врага не сильно сузило круг подозреваемых. Однако можно сделать вывод, что эта гадина слабее меня, раз предпочитает напрямую не связываться со мной. И наверняка она держится подальше от меня, из какого-то другого мира рулит нападениями на мою персону.

— М-да, так и есть, — пробормотал я и резко вырубился, словно мне поленом по голове дали. Даже голод не стал этому помехой.

Благо за остаток ночи ничего не случилось. Я продрых, как бревно.

А уже утром в мою комнату снова заявился барон Лисов. И сразу же выпалил, радостно сверкая глазами:

— Ночью Огнева высадила дверь Беловой и чуть не сцепилась с ней! Ты что-нибудь знаешь об этом?

— А я должен знать? — величаво вскинул я бровь, застёгивая пуговицы рубашки. — Извини, но мне почему-то никто ничего не доложил. Вот ведь какое безобразие.

— Ясно, — расстроился парень и подёргал бородку. — Из-за чего же они повздорили? Хотя не из-за чего, а из-за кого…

Его взгляд недвусмысленно упал на меня.