Сунув артефакт в карман, я услышал трель дверного звонка. Добрался до коридора и глянул в глазок. Мало ли…

На лестничной клетке белозубо скалился Семаргл, облаченный в зелёную форму доставщика. А на его кепке белела надпись «Даже боги заказывают у нас».

— У богов совсем маленькая зарплата? Приходится подрабатывать? — спросил я, открыв дверь.

— Это я для души, — ухмыльнулся он и бесцеремонно вошёл в квартиру, держа в руках несколько бумажных пакетов. — Есть разговор.

— Даже знаю какой, — уверенно сказал я.

— Ну-ка удиви меня.

— Некто мерзкий и подлый предлагал местным богам Ларец вечных зим в награду за мою трагическую смерть. Надеюсь, у вас хватило сообразительности узнать имя?

— Побольше почтения к богам, — набычился Семаргл, грубо сунув мне пакеты. — И почему ты не спрашиваешь — согласились мы или отказались?

— А что для вас важнее, многомудрый Семаргл? Смерть ужасной Маммоны или дешёвый Ларец? Думаю, ответ ясен. Да и вообще… мы уже заключили сделку. Помнишь? Вы дали мне два года.

— Я уже жалею об этом, — мрачно выдал бог, лишь бы уколоть. — Мы ещё не ответили на предложение того, кто хочет твоей смерти.

— Того? Значит, это существо мужского пола?

— Не знаю. Его никто не видел. Предложение пришло особым способом.

— Юлите и хитрите, дорогой Семаргл, но добейтесь встречи с заказчиком. Мне нужно имя. Сам я не вычислю врага. Уж слишком много тех, кто хочет моей смерти. Даже не знаю, почему так происходит, ведь я со всех сторон положительный персонаж, — задумчиво закончил я.

— И я не знаю, почему творится такая вопиющая несправедливость, — в тон мне заметил бог, насмешливо сверкнув глазами.

— Вот-вот. Итак, почтенный Семаргл, вам стоит поторопиться. Если меня убьют, вы потеряете последнюю надежду увидеть отсечённую голову Маммоны на блюдечке с голубой каёмочкой. Так говорят в ваших сказках? Кстати, голова… Ждите тут. Я сейчас вернусь.

Мне не составило труда сходить в гостиную и взять там окровавленную сумку-артефакт.

— Вот башка «золотой» жрицы, — вытащил я из неё голову с мучительно раззявленной клыкастой пастью. — Мы с Рарогом в расчёте.

Семаргл кивнул, взял голову, и она в тот же миг исчезла. Крутой атрибут.

— И что ты готов предложить за имя того, кто хочет убить тебя? — азартно оскалился бог, тронув золотую серьгу в ухе. — Такие важные сведения стоят половины того, что я пообещал тебе за смерть Маммоны.

— Семаргл, вы же Вестник богов. Вам не стыдно торговаться, как какому-то Гермесу из греческого пантеона?

— Нет, не стыдно, — широко усмехнулся тот.

И ведь действительно не стыдно было. Но половины он, конечно, от меня не добился. Я тоже не поплавок какой-то. А вот от четверти награды за смерть Маммоны мне всё же пришлось отказаться. После этого мы ударили по рукам.