— Кхм, — прочищает горло командующий Тит, собираясь с мыслями. — Мы по разные стороны баррикад, но я верю, что ты, как и Консул, желаешь добра своему народу?

— Я хотя бы не превращаю большинство жителей в рабов на военных фабриках, — вздыхаю я.

Лицо Тита каменеет. Тема явно задевает его за живое, но мне важно услышать его мнение. И командующий оправдывает ожидания.

— Всем приходится чем-то жертвовать, — хмуро произносит Лорд Детройта. — Без жёстких мер Консула Париж мог не появиться вовсе. Нас разбили бы в первые месяцы. Война на юге пылала бы до сих пор. А так, несмотря на издержки, игроки обрели мир.

— Худой мир лучше доброй ссоры? — спрашиваю я.

— Можно сказать и так, — кивает Тит. — Железный Легион был щитом, защищавшим Париж от внешних угроз. Мы, солдаты, три года проливали кровь, чтобы рано или поздно объединить человечество и обеспечить его будущее. Достойная цель, как по мне.

— Жаль, что исполнение подкачало.

— Никто не говорил, что наш путь единственно верный, — рычит Тит. — Но мы хотя бы верили, что можем добиться большего. Стать лучше со временем.

— К чему эти философские беседы, Тит? — наконец, спрашиваю я. — Мы оба не дипломаты. Плести словесные кружева — это не о нас. Повторю вопрос, к чему ты клонишь?

Тит впивается в меня немигающим взглядом через магическую сферу.

— Как бы ни хотелось этого признавать, но я уважаю тебя, Король Шурик, — его слова застают врасплох. — Как и Консул, ты ценишь человеческие жизни. Понимаешь разницу между воинами и мирными жителями. Не проливаешь кровь без причины. По крайней мере, хочу в это верить. А вот Магистр Ордена не видит этой грани, искренне считая, что цель оправдывает средства. Филин совершил подлость — подослал в Детройт террористов.

Мужчина делает паузу, явно собираясь с мыслями. Я не прерываю молчание.

— Этот выродок планировал подорвать наши казармы вместе с ближайшими домами, — продолжает Тит. — Но он не просто хотел уничтожить военную силу, Филин готов был втянуть в эту бойню простых игроков! Мирных жителей, которые просто выращивают редис на своих участках!

— Тебя задела его жестокость?

— Я презираю его за предательство наших принципов! Принципов Владыки! — в глазах командующего вспыхивает ярость. — Да, мы несли смерть врагам! Но никогда не трогали гражданских! Мы шли объединять игроков, а не истреблять их. У Парижа было много недостатков, но мы стремились к возрождению порядка! Не к бессмысленной резне!

Внезапно Лорд Детройта замолкает, словно поняв, что сказал лишнего. Желваки на его скулах ходят ходуном, пока он пытается обуздать гнев.