Просто Рай на Земле. Точнее, в мире Системы.

И Система оказалась к ним добра. Их кластер был богат ягодами, орехами и даже кое-какими дикими овощами.

А Иван-Чай согревал по вечерам и ночам, давая удивительное чувство единства с новой вселенной.

Парочка пыталась описать это ощущение, но получалось у них это слишком эмоционально. Выходило, что напиток освобождал сознание, позволяя ему путешествовать вне тела, а также входить в «резонанс» с растениями или даже неодушевлёнными предметами, чувствуя буквально то же, что и они.

Трудно сказать, насколько это было правдой, однако я не исключал от Системы и совершенно неожиданных даров.

Так и жила группа идеалистических хиппарей, если бы один «паскуда» не взял и в злополучную ночь не заварил весь куст Иван-Чая, чтобы познать ответ на вопрос «В чём смысл и цель Системы?»

— Вы его убили после этого? — интересуюсь я.

— Неееет! — парень округляет глаза.

— Избили? — уточняет Малой.

— Хуже! — отвечает девушка, — Мы на него ОБИДЕЛИСЬ!

Я тяжело вздыхаю.

— Мы теперь с ним НЕ РАЗГОВАРИВАЕМ, — добавляет парень.

И вот с настолько прибабахнутыми вести диалог? Даже Патрик на их фоне — просто сама адекватность.

Короче, ища мировую гармонию и ответы на все вопросы мироздания, чуваки и чувихи осознали, что без Иван-Чая их поиски никогда не увенчаются успехом, а по этой причине они решили всё-таки объединиться, чтобы отыскать вновь своё сокровенное растение на других землях.

— Ведь не может же Иван-Чай существовать в единственном экземпляре? Должен же он быть где-то ещё в этом мире! — уверенно заявляет мужчина.

Я молча улыбаюсь, мысленно же качаю головой.

Это ещё большой и большой вопрос.

Раздаст ли Система в своём мире два одинаковых стартовых бонуса?

Кто его знает!

В целом, это звучит логично. Ведь в противном случае, те же яблоки и картофель вне Спарты никогда не появится. Обратное верно и для прочих продуктов.

К тому же не стоит забывать и о подсолнухе, семечки от которого уничтожил Колька.

Неужели, из-за одного долбоклюя, больше никто не сможет полузгать семки?

Сложно вот так ответить. Мы встретили слишком мало фракций, чтобы утверждать или отрицать подобное.

— Хорошо, могу ли я тогда переговорить с вашим лидером? — спрашиваю.

— А у нас нет лидеров, — опять выдаёт мужчина, — Мы все равны.

— Но ведь кто-то же взял на себя роль Ярла? — хмурюсь я.

— А, так это Гидропон, да, — кивает девушка, — Он у нас не главный, но временный выборный лидер, чтобы удовлетворить тоталитарные и несправедливые требования Системы.

— Да и в Иван-чае он шарит больше прочих, — добавляет её спутник, — А так мы все равны!