Я поступил иначе. Также, как и Кая. Спрыгнул с лошади, на ходу достал нож и пошёл добивать мертвых.
Вблизи они выглядели ещё хуже, чем казалось ранее. Носа впервые коснулся запах. Из открытых ран тянуло разложением. Неприятный, забивающий поры, растекающийся по округе привкус гноя — вот, чем меня встретили мертвые.
Теперь главное верно рассчитать и не подставиться… Я опасался, что какая-то из тварей притворяется и бросится на меня. Но нет, везение на сегодняшний день ещё оставалось в чаше наших судеб.
Ускорившись, вбил нож в висок самой бодрой твари. Та задергалась, засучила руками, но без энтузиазма. Несколько секунд я вглядывался в провалы глаз, а когда сгусток энергии в голове исчез, выдернул лезвие.
Запах разложения усилился.
Повторил нехитрую процедуру, да закончил начатое.
Бедная лошадь всхрапывала и била копытом, когда я к ней подходил. Чуяла, что впереди ничего хорошего не ждет. Привязав тела, потащил их к Кае. Сам шёл рядом, чтобы не увеличивать нагрузку.
Наверху в небе, громыхнуло. Лица коснулись первые капли настоящего дождя. Ещё до того, как я добрался до девушки, полило так, что я промок до нитки.
Глава 20. Передышка
Пока добирались до деревни, дождь ослабил хватку. Это значит, что видимость с пяти шагов расширилась до десяти.
Несмотря на плащ, я промок насквозь. Одежда давно пропиталась и потяжелела, больше не спасая от влаги. По лицу текли капли, я постоянно щурился и моргал, чтобы разглядеть хоть что-то. Идеальные условия для внезапного нападения. Из-за дождя окружающее пространство размылось и окрасилось в блеклые тона, потеряв краски. Ещё и мертвая ночь, добавляющая серости.
Серость… Как же я её сегодня возненавидел. Невозможно было определить, что видишь перед собой. Сгусток темно-серой, дождевой пелены или поветрие ночи, которое такое же темное и серое, как и всё остальное в округе. Разница лишь в том, что благодаря дождю промерзнешь, натрёшь мозоли в самых интимных места, да заработаешь воспаление легких, а угоди в поветрие — всего лишь превратишься в мертвеца, перед этим мучительно сдохнув.
Ещё днём я знал, что однозначно хуже. А спустя несколько часов ночного пути сквозь ливень, перестал быть уверенным в ответе.
Кая брела за мной следом. Она держалась за веревку, привязанную к крупу моей лошади. Иначе бы не прошло и минуты, как мы бы потеряли друг друга. Ещё и звуки. Крикни — и не услышишь друг друга. В небе громыхало, а ливень сам по себе шумел так, что я предпочёл бы оглохнуть, чтобы не слышать его хотя бы пару минут.
Но грех жаловаться. Благодаря дождю мы добрались живыми. Не очень целыми, точно уж не сухими, но живыми.