— Да сколько можно играть, — снова взывала она.
Да так, что тело дугой изогнулось. Я прижал её к земле и ещё раз ножом по ноге чиркнул.
— Прости, но без этого никак.
— Ты даже извиняться научился, чтобы обмануть меня? — обидно рассмеялась Кая.
— Какая же ты дура…
— А вот оскорбления никуда не делись.
— Это не оскорбление. Это факт.
— Отец так же говорил.
Безумная. Она точно безумная. А ещё ценный источник информации, который не хочется убивать. Ох уж эти дилеммы. Дам ей шанс, но если не договоримся, то… Найду в себе силы добить её. Чтобы сама не мучилась, и чтобы самому не мучаться.
— Так что за клятва то? Давай без этого, — взмахнул я рукой. — Кончай истерить и отвечай нормально.
— Я знаю, что ты уже научился использовать внутреннюю энергию. Что без наставника, объяснений и врожденного таланта невозможно.
Сергиус нас пока не обучал работе с внутренней энергией, поэтому её замечание и правда было камнем на чаше весов за то, что я не тот, за кого себя выдаю.
— Ближе к делу.
— Порежь ладонь, влей энергию в кровь и поклянись, что ты не мой отец.
— А что будет, если я твой отец?
— Почти ничего, — зловеще усмехнулась она, — Твоя кровь испортится. Так как ты пока слаб, то не умрешь, но шанс на восхождение потеряешь.
— Нет, ты точно спятила. Не буду я так рисковать. Вдруг ты меня обмануть хочешь.
— Единственный лжец здесь — это ты.
— Ой, да ладно. А не ты ли утверждаешь, что дочка герцога? Может и дочка. Только тело то не твоё.
Её глаза победно расширились.
— Так значит ты и правда другое тело занял, — выпучила она глаза, найдя в моих словах доказательство, что я её папаша. В голосе звучали и ужас, и восхищение.
— Это мы с тобой обсудим, когда ты убедишься, что я не твой отец. Клятва неприемлема.
Хотя бы потому что какая-то частичка её отца и правда живет внутри меня. Она иногда давала о себе знать. Сейчас тоже дала. Всколыхнулось что-то, когда Кая заявила, что я её отец. Что-то не очень сильное, что и разобрать сложно.
— Придумай что-то другое.
— Хорошо, — внезапно Кая полностью успокоилась, — Поцелуй меня. В губы. Отец ненавидел прикосновения и был ещё тем ненавистником нежностей и ласк. Гребанный садист. Поцелуй меня и я поверю, что ты не мой отец. Того бы стошнило от одной мысли поцеловать свою дочь, как женщину.
— Какая ты женщина? — фыркнул я, — Тебе десять лет.
— Ещё скажи, что тебе восемь. Либо поцелуй, Эрано-Гранд, либо убей меня прямо сейчас, потому что клянусь, я тебя прикончу.
И за что мне это чудо?
Глава 14. Поцелуй
Поцеловать грязную, обгоревшую, психованную деву, которая ночью пыталась меня убить — такого испытания в хрониках ловцов знаний ещё не было.