А уж если вспомнить о том, во что превратится страна через какие-то несколько лет… Лично я знаю о девяностых исключительно по рассказам тех, кто жил в то время, и по различным хроникам, но понятно, что время страну ждёт максимально хреновое.

Но не будем о грустном. До всего этого ещё дожить нужно. Да и футбольной звезде мирового уровня, как и семье этой звезды, всё-таки пережить эпоху потрясений будет на несколько порядков проще, чем простому работяге.

Поход по магазинам у нас, у сборной Советского Союза, растянулся на вечер и утро следующего дня.

И я был единственным, кто управился за вечер. Как оказалось, остальные игроки использовали время и деньги не для того, чтобы привезти подарки и сувениры, вовсе нет.

Поездку в Ганновер практически все использовали для того, чтобы существенно поднять уровень своего материального благополучия.

Взять, например, Гену Литовченко. Он не стал тратить деньги на тряпки и побрякушки, как я (это слова самого Гены), а подошёл к делу куда более ответственно.

— Ты, Славка, просто молодой ещё и не понимаешь того, что, например, вместо часов родным ты мог привезти видак, «Грюндиг» или что-то японское — «Панасоник», «Сони», неважно. Я вот взял на призовые «Панасоник НВ-333». Он мне обошёлся в полторы тысячи марок, даже чутка добавить пришлось. И знаешь, за сколько я его продам у нас в Днепропетровске?

— Даже представления не имею, Ген. Тысяч за пять?

— Пять? Ха! Нет, Славка. Далеко не за пять. Я этот видак на «Волгу» поменяю, на новую!

— Ген, ты серьёзно? Глупость какая-то. «Волгу» менять на видеомагнитофон.

— Может, и глупость. Однако же желающих эту глупость совершить — выше крыши. Да и вообще, посмотри на всех остальных ребят. Ты один, кто ничего не везёт в Союз на обмен или продажу. Вот такие дела.

Вообще-то он прав. Да и Оля мне прямым текстом даже не намекала, а говорила именно об этом. Брат-футболист с постоянными международными командировками ей нужен в том числе и для этого.

Сейчас она, конечно, завела себе этого мажора из сталинской высотки, но всё равно планы создать свою подпольную торговую империю у неё никуда не делись. Через пару лет мы, скорее всего, вернёмся к этому вопросу.

* * *

Из-за того, что домой мы возвращались нагруженные, как лошади, процедура прохождения таможни заняла достаточно много времени. Но это было единственное неудобство, вопросов никому из нас не задали и пропустили без проблем. Так что через два часа после приземления я уже здоровался с Олей в зале прилёта аэропорта Шереметьево. Рейс был дневной, и освободился я аккурат в шесть часов вечера. В это время папа только-только должен был заканчивать работу на ЗиЛе.