Ну а перед самым перерывом у нас случилась ещё одна неприятность. Витя Круглов провалился на своём фланге и пустил себе за спину Арнесена, тот вошёл в штрафную и прострелил вдоль наших ворот. Ринат вышел на перехват, прыгнул, опережая Элькьера. Мяча наш страж ворот датчанина лишил, но тот всем своим весом наступил ему на левую руку.

Сначала Дасаев виду не подал, что у него проблемы, но когда команды отправились на перерыв, он снял перчатку, и открывшийся под ней вид говорил сам за себя.

— Так, что у нас здесь, — со вздохом проговорил себе под нос Савелий Евсеевич Мышалов, врач нашей сборной. У него вообще была такая манера — говорить себе под нос, практически бубнить и время от времени вздыхать так, что складывалось ощущение, будто его пациенту прямо сейчас требуется ампутация, трепанация, переливание и пересадка всех жизненно важных органов, причём прямо сейчас.

При этом профессионалом он был высочайшего качества и квалификации. Ну а всякие мелкие особенности — так у кого их нет. Вон, Буба, Саня Бубнов, когда начинает что-то объяснять, своими ручищами машет, что твоя мельница, зашибёт.

— Что скажете, Савелий Евсеич? — спросил у Мышалова Иванов.

— Валентин Козьмич, подожди, дай доктору сделать мнение, — сказал Малофеев, когда Мышалов под аккомпанемент периодического шипения Дасаева осматривал и ощупывал одну из золотых спартаковских рук.

— Да собственно мне плюс-минус всё понятно, дорогие товарищи. Ушиб, причём серьёзный. По-хорошему, Рината менять надо.

— Так, стоп, Савелий Евсеич, какая замена? — возмутился Дасаев. — Сейчас меня поменяют, и мы с одной заменой останемся. Нет, я смогу дальше продолжать. Обколите, повязку наложите. Но я выйду на поле.

— Эдуард Василич, ты тут главный, решай. Я своё мнение высказал, Ринат тоже. Но последнее слово за тобой.

— Он играть сможет? — спросил Малофеев.

— Сможет, Эдуард Василич, сможет. Но вот что будет потом, я гарантий не дам. Да и никто не даст.

— Ринат? — Малофеев вопросительно посмотрел на Дасаева.

— А что Ринат? Я уже всё сказал.

После этих слов спартаковца Мышалов приступил к делу. Хлорэтил, лидокаин, причём хорошая такая доза, противовоспалительный препарат и повязка.

Перчатку Дасаев надел, и в принципе подвижность руки у него сохранилась. Но было видно, что каждое движение как минимум доставляет ему дискомфорт, а то и боль.

Но что поделать? Такая цена возможности стать лучшим на континенте.

* * *

Я ожидал, что выйду на поле уже после перерыва. Но Малофеев решил немного иначе. Второй тайм я так же, как и первый, начал на скамейке.