— Ну как знаешь, — сказал я и замолчал.

Мы ехали через весь город. Москва в июле — жара, духота. Я сидел на переднем сиденье, смотрел в окно.

Катя сейчас рожает. Уже больше двенадцати часов.

До дома мы доехали что называется с ветерком. Москва сейчас считай пустая. Она и в советском варианте в принципе не страдает от пробок, а тут на дворе ещё и середина лета, сезон отпусков.

Вот только спешить особо некуда. Сиди на телефоне и жди этого чёртового звонка.

* * *

Это были самые томительные часы моей жизни. Я не ехал никуда, не летел — просто сидел дома и ждал. В Советском Союзе система простая: роженица в больнице, все остальные дома. Ждите новостей. Никаких передач, никаких встреч, никаких свиданий. Будь ты хоть чемпион мира по футболу, хоть космонавт, хоть Герой Советского Союза или депутат Верховного Совета. Правила есть правила.

Телефон зазвонил в половине одиннадцатого вечера.

Я сорвался с дивана, схватил трубку.

— Алло⁈

— Сергеев?

Женский голос, незнакомый, официальный.

— Да, я.

— Это родильный дом номер семнадцать. Поздравляем вас. У вас родился сын. Мальчик здоровый, три килограмма восемьсот граммов. Роженица чувствует себя хорошо.

Я закрыл глаза, прислонился лбом к стене. Облегчение накрыло волной.

— Спасибо… А когда можно будет забрать их домой?

— Через пять дней. Приходите двадцать девятого июля к одиннадцати часам утра. С паспортом.

— Хорошо. Спасибо большое.

— Всего доброго, товарищ Сергеев.

Я положил трубку, сел на пол прямо в коридоре. Сын. У меня родился сын.

Все эти часы ожидания — они закончились. Катя в порядке. Сын здоров.

Я сидел на полу, смотрел в потолок и не мог поверить, что это правда.

Я стал отцом.

* * *

Пять дней прошли быстро и медленно одновременно. Всё давным-давно было готово, всё необходимое куплено и сделано. Да и здесь, в Москве, мы с Катей и сыном будем очень недолго. Как-никак нас ждёт Барселона.

Наконец день выписки настал. На Катину выписку приехала целая толпа: её родители, мои, Оля, пара Катиных подруг по институту.

В одиннадцать двери открылись. Медсестра вывела Катю. Бледная, усталая, но с улыбкой. В руках у неё был свёрток в голубом одеяле.

Я шагнул вперёд. Катя протянула мне сына.

— Познакомься, — тихо сказала она. — Это Сашка.

Я взял его на руки. Крохотный, тёплый, с закрытыми глазами. Крошечные пальчики шевелились во сне.

Мой сын.

— Александр Ярославович, — сказал я.

Катя улыбнулась.

— Хорошее имя.

Мама подошла, посмотрела на внука.

— Красивый мальчик, — сказала она. — Весь в отца.

Мы поехали домой. Катя сидела рядом, прижимая Сашку к себе. Мама что-то говорила на переднем сиденье, но я не слушал. Просто смотрел на сына.