В замке ими некогда заниматься, а здесь толпа баб с девками обеспечат раненым защитникам приличный и постоянный уход. Пусть хоть какую-то пользу хозяину приносят, все равно они на барона сейчас работать не могут. И быстрый отход раненых на тот свет при местной медицине тоже обеспечат. Барону в таком случае с глаз долой — из сердца вон своих защитников, которым не повезло дальше его верно защищать!

— Зря ты Крима ударил, хозяин наших земель такого оскорбления своего воина не простит! Он один из его лучших воинов! — напоминает мне кузнец Ахельм про парня, над которым хлопочут девчушка и две женщины.

— Запомни, Ахельм! Мне не важно, кто чего мне простит или не простит! Я сам могу решать свою судьбу, а жизни тех, кто со мной рядом и зависит от меня — в безопасности. А то, что лучший воин — это даже хорошо, — солидно заявляю я.

Вижу недоверие в его глазах и добавляю:

— И с Кримом я все решу, сейчас он будет вылечен моей силой! Божественной силой!

— Что у тебя за сила? Не дьявольская ли она? — сомневается кузнец.

Ага, понятие про дьявола здесь тоже имеется, что мне довольно удобно.

— Сила у меня божественная, если я трачу ее на добрые дела. Сейчас на рану Крима она пойдет, потом еще что-то хорошее сделает для людей. Ты же не будешь спорить, что облегчить страдания раненого воина — дело богоугодное!

Немного двояко по смыслу получилась фраза. Облегчить страдания можно тоже, если просто прикончить раненого. Поэтому сомнения снова явно появились на простом лице кузнеца Ахельма.

Я снова повторяю ритуальный жест, даже три раза подряд, и подхожу к лежащему без сознания воину.

— Отойдите, — обращаюсь ко всем трем помощницам, однако прежняя бдительная девчушка решительно закрывает раненого своим телом.

— Ахельм, поговори с ней, пока я буду занят Кримом, — обращаюсь я к кузнецу.

Дюжий мужик как-то мнется, кажется, не очень знает, что ему делать в такой ситуации.

— Ахельм, неужели ты позволишь чужаку добить Крима! — вдруг пищит не слышавшая наших с кузнецом разговоров девчушка.

Чем подталкивает уже почти смирившегося с моим доминированием кузнеца к активным действиям. Он на что-то решается, даже замахивается на меня копьем и бьет меня в ногу. То есть имитирует удар на самом деле. Просто пугает меня, чтобы я ушел от раненого и не создавал трудную для него морально ситуацию. Раз девчонка настроена непримиримо и не собирается допускать меня до тела своего защитника.

Я сразу отскакиваю и скидываю свои вещи на землю, потом наклоняюсь вперед, реагируя на второй, уже более-менее серьезный удар. Перехватываю древко за наконечником на лету, дергаю на себя и потом толкаю его обратно. Отвешиваю дюжему мужику пяткой копья весьма жесткий удар в грудь, так что кузнец со стоном улетает в кусты.