— Пошли в другую комнату, — предложил я и уточнил. — Или здесь ещё что-то нужно?

— Пошли, — феникс первая шагнула к двери и вышла в коридор. Я за ней едва плёлся, чувствуя себя так, словно разваливаюсь на части. Мелькнула мысль облачиться в големодоспех, чтобы тот поднял мой тонус, раз целительский амулет я отдал жене. К слову, на ней уже их три было, но помощь от них была мизерная.

Я привёл Ианту в свой кабинет, где с нескрываемым облегчением упал в кресло.

— Я не знаю, как называется в этом мире подобное проклятье, но мне оно известно, как божественная гемофилия. Хочу спросить, а ты никакому богу из местного пантеона любимую мозоль не оттоптал? — произнесла та раньше, чем я раскрыл рот.

Догадаться к чему она задала вопрос смог бы даже дурачок. Понял и я в своём текущем состоянии.

— Её прокляла богиня?

— Богиня? — хмыкнула та. — Значит, оттоптал мозоль богине. Странно, что под удар попала твоя жена, а не ты. Или это она виновата?

— Это лечится? — я проигнорировал последние слова феникса и задал самый важный вопрос.

— Да. Но сделать это ой как сложно, — покачала она головой, демонстрируя озабоченность на лице.

— Как? — я даже подался вперёд, стиснув подлокотники кресла до хруста в пальцах

— Теоретически можно выпросить прощение у божества, наложившего проклятье. Или умолить другое, которое сделает это. Оба варианта практически неосуществимы на практике.

— Почему?

— Если уж твоя богиня…

— Она не моя, — зло перебил я феникса.

— Ладно, не твоя. Если не твоя богиня ответила на молитвы своего верховного жреца и наслала кару, то своего решения уже не отменит. Это же небожительница — у таких, как она своя логика и особое сознание.

— Причём тут верховный жрец?

— Боги редко самостоятельно вмешиваются в дела смертных и как-то влияют на обычный мир. Слишком много сил им нужно потратить для этого. А вот в лице аватара или после молитв сильного жреца, который потратит с прихожанами ба-хионь в храме — это возможно. Своей энергии божество тратит чуть-чуть, основная нагрузка идёт на энергетику аватара, которым может быть только фанатичный последователь, их ещё называют святыми в разных мирах. Или верховным жрецом тратиться ба-хионь из алтарей.

— Вот оно как, — пробормотал я.

— Ты не ответил на мой вопрос, почему под удар бога попала твоя жена?

— Виноват я. А почему пострадала Аня… — я тяжело вздохнул, опустил голову и обхватил её руками. — Не знаю я, не знаю… могу только предположить, что я оказался недоступен для богини.

— Пфф, недоступен? — фыркнула собеседница. — Для бога? Не верю. Или ты был в другом мире?