— А мне вот жаль, — сидевшая неподалёку Рейнера, отодвинула от себя розеточку[1] с каким-то желе, в котором она всё это время лениво ковырялась, искоса наблюдая за происходящим действом. — Хотя людские предрассудки порой неистребимы. И, да, гадость эта твоя заливная рыба, сестренка.

В зеленых глазах жены сверкнули разряды молнии.

— Поговори мне ещё тут, младшенькая, живо к родителям улетишь, — бросила она, провожая эльфийку до её места и усаживая на стул, после чего, не оборачиваясь в сторону сестры, добавила: — И да, заливную рыбу я не делала.

Рейнера удивлённо посмотрела в посудину, затем на сестру, затем снова в посудину, а её лицо стремительно начало приобретать странный оттенок.

— Глафира! А что это у нас в этой вазочке? — крикнула она, суетящейся вокруг стола домоуправительнице.

— О, а это тут откуда? — удивилась та. — Наверное случайно кто-то с кухни захватил.

— Что это!

— Да это Люция для Криса какой-то там деликатес готовила, всё нам им провоняла, аж проветривать два раза пришлось. Желе из каких-то гриксов, понятия не имею что это такое.

— Крис! — рей приподняла розетку, чтобы было лучше видно. — Что это тут твоя жена наготовила?

Дракон, имевший последние несколько часов почему-то довольно бледновато-зеленый вид, как пояснила мне Ирен, приобретенный после пробы блюд любимой, приподнялся позеленел и с криком «клозет на первом занят» пулей вылетел из-за стола.

— О, я знаю, я знаю, — подсочила на месте эльфийка по школьному тяня руку вверх. — Я знаю кто такие гриксы.

— И кто? — спросил я.

— Гриксы — это земноводные животные, живут в болотах, по виду похожи на мохнатых лягушек, но со щупальцами. Такие милашки так бы и тискала, — она задорно взвизгнула, прижав руки к груди.

— Со щупальцами? — щёки Рейнеры резко пополнели, лицо сравнялось по цвету с крисовым и она также как и он вылетела из-за стола, застучав каблучками по ступеням ведущей на второй этаж лестницы.

— Что ж, похоже туалет и на втором этаже временно недоступен. Жена!

— Да милый.

— Надеюсь у нас на столе больше ничего такого нет?

Ирен задумчиво окинула праздничный стол взглядом и отрицательно покачала головой.

— Вот и хорошо, — я поднялся. — Так, народ, кто не знает: с приходом двенадцати часов на этой планете этого мира принято праздновать приход нового года. В этот праздник принято веселиться и дарить…

— Нер, нер, — Глайдуэль вновь запрыгала на своём месте тяня руку.

— Ну что тебе?

— Нер, а мы всё знаем, мы в энциклопедии прочитали.

— Ну раз все такие умные….

Бам…бам… Часы на Спасской башне в телевизоре как-то неожиданно стали отбивать последние мгновения уходящего года. Дружно хлопнули пробки шампанского, обдав некоторых брызгами, а над столом полился гомон голосов и веселый смех. Затем с последним ударом резко наступила тишина и все посмотрели на меня. Что ж… Я поднял вверх свой бокал, наполненный золотистой жидкостью, в которой мелькали разноцветные огоньки.