Они прошли мимо полуразрушенных зданий заводских цехов, зияющих провалами дверей и остатками мутных стекол, потом поднялись на насыпь, поверх которой некогда проходил железнодорожный путь, ведущий на городскую сортировку.

— Вот и ГОПР, — Михеич кивнул на расположенные за насыпью здания, рядом с которыми расположилась заросшая кустарником полуразрушенная погрузочная платформа с нитками ржавых рельс вдоль нее.

— Спасибо, — поблагодарил мужчина и, бросив взгляд на простенький смарт, который извлек из нагрудного кармана, принялся торопливо спускаться с насыпи.

Старик несколько минут смотрел в след, затем озадаченно хмыкнул, и уже было развернулся, чтобы идти домой, как прилетевший из-за спины громкий паровозный гудок заставил его застыть на месте.

Михеич медленно обернулся и замер, не веря своим глазам, ибо к платформе прибывал самый настоящий поезд, причем такой, какой можно было увидеть только в старинных фильмах. Огромный черный с дымящей трубой паровоз медленно подъезжал к платформе, таща за собой десяток зеленых вагонов, за окнами которых виднелись любопытствующие лица пассажиров. Поезд замер, лязгнув сцепками, а из вагонов принялись выпрыгивать проводники в необычной форменной одежде какого-то старинного покроя.

Незнакомец обернулся и, помахав остолбеневшему сторожу рукой, поднялся вместе с котом в вагон. Состав еще пару минут стоял около перрона, затем паровоз издал пронзительный гудок, а проводники вскочили на подножки вагонов, показывая машинисту желтые флажки. Состав медленно тронулся вперед, а дым из трубы паровоза неожиданно повалил гуще, окутывая вагоны туманной пеленой. Миг и поезд исчез, словно растворившись в окружившей его дымке, а прилетевший невесть откуда пронзительный порыв ветра развеял ее остатки, не оставив и следа.

Сторож еще долго стоял на вершине насыпи, смотря на опустевший перрон, затем тяжело вздохнул и медленно поплелся домой, ощущая в глубине души призрачный след какой-то полузабытой сказки, к которой вновь смог прикоснуться.

* * *

— Ну как, сэр, отдохнулось? — спросил знакомый проводник, заходя в мое купе и расставляя на столе кружки с дымящимся чаем.

— Да как сказать, — усмехнулся я, протягивая ему свой билет. — Хотелось бы конечно и лучше, но как уж получилось…

— Ну, тогда с вас история о ваших приключениях, — улыбнулся то в ответ, беря билет и прокалывая в нем дырку. — Впрочем, можете не торопиться с ее рассказом, ехать нам еще дня три, так что успеете, а пока располагайтесь поудобнее.

— Спасибо.

Старик приложил руку к козырьку форменной фуражки и, пообещав забрать кружки через полчаса, вышел из купе. Батон тут же полез на верхнюю полку, и через пару минут оттуда донеслось дребезжание подстраиваемых струн его инструмента, а вскоре зазвучала песня.