Это сладкое слово погоня. Ветер, бьющий в морду лица и адреналин впечатлений, хлещущий чуть ли не из ушей, что может быть лучше? Ну, если честно, я бы лично назвал навскидку штук десять занятий коими я предпочел бы заниматься, вместо того чтобы драпать, петляя между деревьями точно заяц, от преследующей меня толпы клыкасто-крылато-орущих существ, которые, судя по пожеланиям в мой адрес, совсем не собирались заключать меня в дружеские объятия. Бегать пришлось вокруг дома, постепенно увеличивая радиус круга, дабы приблизиться к забору, ибо стоило мне просто направиться в сторону ограды, как тут же вся толпа бросалась наперерез. Уйти прыжками тоже не удавалось, ибо летали суккубы не хуже, чем я прыгал. В результате у нас образовалась некое шаткое равновесие: я, значит, бегу, постепенно увеличивая радиус своего круга, суккубы пытаются меня догнать, одновременно стараясь, сей радиус уменьшить. Лайкоста занимается тем же самым, причем, что интересно, его догоняющие не обращают на меня никакого внимания. В общем, мы иногда встречаемся и машем приветственно друг другу руками, расходясь на параллельных курсах. Иногда кто-нибудь из моей группы преследования делает попытку меня схватить, но обычно лишь для того чтобы получить по наглой клыкастой роже и прилечь отдохнуть в ближайших кустиках. Короче дурдом и полная клиника. К тому же в мозгу настойчиво билась мелодия из «Неуловимых мстителей», ну та, что про погоню, я даже напевать ее себе под нос стал. И выглядело это примерно так.«Усталость забыта …» — хрясь ветка по лицу, ой блин, фингал точно гарантирован, причем на полфизиономии. «…колышется чад и снова копыта », — ага получил копытом, ну в смысле ногой, а нефиг лезть, ниче немного опухнет, но ходить сможешь, а уж как петь будешь…заслушаешься. «…как сердце стучат и нет нам покоя …» — блин, да сколько же бегать-то можно. «Гори, но живи. Погоня, погоня, погоня в горячей крови» .

Не знаю, сколько продолжалась бы подобная беготня, если бы к преследователям не подоспела подмога. Тут уж нас банально окружили, причем не только с земли, но и с воздуха.

— Господин учитель, — солдаты, замкнувшие вокруг нас плотный круг, расступились, пропуская сестру Аланы.

— Мадам Энжела, все же это ваших рук дело, — прошипел Лайкоста.

— Вы на редкость прозорливы, капитан, — улыбнулась та. — А теперь позвольте, я заберу свою непутевую сестренку и ее суженного.

Я осторожно опустил все еще находящегося в полной прострации Гая на землю и, бросив взгляд на окруживших нас суккубов, спросил:

— А что будет с нами?