Глава 1. Сейдж
Смех струился по воздуху, обволакивая меня, словно призраки. Я никого не видела. Откуда доносится этот смех?
Мое зрение прояснилось, и я обнаружила, что бреду по коридору своего коттеджа, направляясь к лестнице. Скрип половиц наверху и звонкий смех вели меня. Мне было так любопытно. Мои пальцы скользили по перилам, и я едва замечала, что не чувствую гладкого дерева под кожей.
— Давайте, маленькие принцессы. Пора в кроватку! — объявил голос Кама. Я улыбнулась. Мои ноги понесли меня к гостевой спальне.
— Но, Папочка!
У меня перехватило дыхание, и я ахнула. Этот крошечный голосок.
— Никаких «но». Вы две сегодня уже легли позже обычного, и Папочка устал, — сказал Кэм маленьким девочкам, которых я еще не видела.
Взрыв хохота вызвал у меня слезы на глазах. — Папочка, ты опять уснешь здесь с нами?
Я заглянула в щелку приоткрытой двери и увидела эту сцену. Массивное тело Кама полностью доминировало на крошечной принцессной кроватке, и две маленькие девочки прижимались к нему с обеих сторон. Ну, скорее, полулежали на нем, потому что места было мало. На маленьком прикроватном столике горел ночник, мягко освещая пространство, и я с жадностью рассматривала такую же принцессную кроватку напротив.
Я шагнула в комнату, но никто не отреагировал. Я должна их увидеть.
— Расскажешь нам историю снова? — спросила девочка с такими же волосами, как у меня. Ее лицо было усыпано веснушками, и на нем сияла самая милая маленькая улыбка. Я села на кровать напротив них, открыв рот.
Другая девочка, с густыми темно-каштановыми волосами и льдисто-голубыми глазами, восторженно закивала. — Пожа-а-а-а-алуйста, Папочка? Ту, про прекрасную королеву и ее королей. Мои глаза метнулись к лицу Кама. Он улыбнулся девочкам, но улыбка не коснулась его глаз. Мое сердце сжалось, но я не знала почему.
— Все для моих девочек, — прошептал он, целуя каждую в макушку, когда они прижимались к его широкой груди. Он натянул на них большое одеяло с изображением замка и розовых драконов, затем прочистил горло.
— Жила-была прекрасная зеленая ведьма. С такими же длинными, красивыми рыжими волосами, как у тебя. — Он снова поцеловал рыжеволосую девочку в голову. — И улыбкой, как у тебя. — Он коснулся подбородка темноволосой девочки, и она рассмеялась, сверкнув улыбкой, точь-в-точь как моей. — Она была самой милой, самой доброй ведьмой в этих землях. Ее магия была магией жизни. Любви. Жертвенности...
Мои глаза распахнулись, я попыталась сесть, но обнаружила, что не могу пошевелиться. Боль вспыхнула в пояснице, животе и голове. Боги, моя голова.