Я усмехнулся в ответ.

— Только это не отменяет, что мою семью убили, — напомнил я.

Он вздохнул.

— Не отменяет, — подтвердил Коршунов. — Ну, так ты ведь теперь здесь. А знаешь вообще почему?

Я покачал головой.

— Потому что очень хотел Григорий Ильич хорошую, красивую месть устроить, — пояснил заместитель. — Вроде бы Николай Артемьевич у него сына отнял, и за это Селиванов своему наследнику тебя отдал, чтобы Мишка здесь отомстил за себя, глотку тебе перерезав. Людей барьер обратно не пускает, а вот информацией поделиться с Землёй можно запросто. Тем более у Селивановых с Орсини давние общие дела и каналы сбыта.

— А вот с этого места поподробнее, — отставив кружку в сторону, озвучил я. — Кто, где, имена, даты, конспиративные квартиры.

Александр Данилович усмехнулся.

— Всё, что я нарыл, лежит в сейфе в моём кабинете, — он кивнул в сторону пещеры. — Там возьмёшь. Я же профессионал, кое-что удалось собрать. Думал ещё, что передать смогу на Землю, да только проблема в том, что все наши грузы проходят не через те руки, которые захотят Григория Ильича за яйца схватить. Он же свой, и они все там повязаны крепко, сдавать его им не с руки.

Я кивнул и, вытащив нож, стал вертеть его в руках. Коршунов покосился на него, сглотнул, но перевёл взгляд на меня и постарался успокоиться. Крепкий мужик, все встреченные до этого момента люди Селиванова готовы были сделать что угодно, лишь бы я дал им надежду на то, что не стану убивать. А Александр Данилович держал себя в руках.

— Где находится сам Михаил Григорьевич? — задал вопрос я.

— У него собственная фазенда в джунглях, — ответил бывший майор. — Могу показать место на карте, но ты же мне руки приковал.

Я молча извлёк из кармана карту, развернул её, а потом вытянул пистолет из кобуры. Демонстративно переведя его в боевой режим, приставил к виску Коршунова. Карту положил ему на колени, а после расстегнул наручники.

Он мог попытаться бежать, освободиться. Имперский надзор не та организация, где служат безрукие неучи. В боевых способностях Коршунова я не сомневался. Вот только видел я уже такой взгляд, как у него. Не жилец Александр Данилович, а смертник, и сейчас я своими руками не только за Врановых мщу, но и за него самого.

— Вот здесь, — ткнул пальцем в карту пленник. — Там у него плантации, на которых рабы трудятся, десяток охранников за ними смотрит. А сам Михаил живёт в двухэтажном доме, отстроенном специально по его заказу.

Мира подсветила мне точку на своей карте, и я убрал бумажную обратно в карман. Специально не торопился, давая Коршунову шанс дёрнуться. Но тот вёл себя смирно и дал себя приковать обратно.