Зато нужно пройти комиссию и официально записаться на секцию. Иначе меня не допустят до состязаний.

Не люблю я этой всей волокиты, но чего не сделаешь ради развития рода. Победить в соревнованиях, значит возвысить себя и свою семью, плюс заработать деньжат. Ради этого можно потерпеть неудобства, к тому же, они будут недолгими.

Мы простились с тренером и разошлись в разные стороны. Да уж, он помешанный на спорте и на победах. Кто б мог подумать. Хотя, многие тренера такие, чего уж.

Вскоре я вызвал такси премиум класса, благо деньги теперь позволяли. После чего оказался дома и провел остаток дня, как всегда.

На утро, придя в академию, я почувствовал кое-что странное. Нет, это было не предчувствие беды и магические вибрации. Новые штаны давили там, где давить не должны. Надеюсь, позже разносятся. Когда я уже полностью вырасту и обзаведусь постоянными параметрами тела, черт их дери!

Подумал об этом, поправляя одежду ниже пояса, так, чтоб никто не видел.

Потом поздоровался с парой знакомых, позаигрывал с красотками, услышал громкий крик Светки Морозовой. Что мля?

Опять она попала в какой-нибудь переплет. В последние годы у нее вечно что-то случается. То подерется с княжеской дочкой, то напьется в хлам на тайной вечеринке у виконта Сапрыкина.

Думал, с годами ее бунтарство пройдет. Ан нет, там обратный эффект.

Судя по воплям других девчонок, Морозову могут побить. Причем сильно, толпой, как положено. Еще бы, она всех достала. Хоть бери и специально ищи ей парня, чтобы он ее сдерживал.

— Георгий, что там случилось? — спросил друга, бегущего откуда-то впопыхах.

— Сань, там такое, пипец! Надо срочно кого-то позвать… Мы ничего не можем сделать, нужна охрана! — прокричал Мельников, дрожа от ужаса и извергая слюну.

Неужели на девчонок кто-то напал? Что если в академию забрался монстр? Надо пойти разобраться.

Я бросился по расчищенной дорожке, которая уже хорошенько оттаяла. Чуть не потерял шапку на ходу и попал ботинком во влажный сугроб, набрав рыхлого мартовского снега.

Плевать, это не самое страшное. Не обратил внимания, ускорив бег. И вот, передо мной предстала картина, от которой стало жутко и смешно одновременно.

Юмор заключался в том, что четыре девчонки в расфуфыренных пальто и шубах, в дорогих кожаных сапогах, стояли на поверхности льда и пытались с нее сойти.

Лед был покрыт магической оболочкой, потом был особенно скользким. Девушки падали то и дело, ползали и пытались сойти на снег. Но каждая попытка кончалась полным провалом.

Они держались друг за друга, буксовали на месте и принимали такие позы, от которых… Впрочем, об этом сейчас лучше не думать, но телу приказать невозможно.