— И что, ничего нельзя сделать? — тихо спросил я, присаживаясь на пол, чтобы погладить котенка, который от неожиданности сначала отпрыгнул от меня, вздыбившись, а потом неуверенно подошел, начиная тереться об мою руку.

— Руки убрал, — потребовал Манул, но я ничего предрассудительного делать и не собирался. Если бог намекнул, что лишит меня своего покровительства, как только я задумаю то, что ему не по нраву, значит, не нужно идти против него.

— Если граф умрет, то я никогда не смогу узнать, кто отравил его, и откуда в этом мире известна формула именно этого яда. Это, так сказать, моя личная разработка. — Подошел я к распахнутому окну, чтобы меня никто не смог услышать. Я сделал глубокий вздох чистого ночного воздуха, осматривая двор. Охраны во дворе стало, словно больше, как и машин разных ведомств. Знать бы, что там происходит. Никогда не любил находиться в окружении такого большого количества вооруженных лиц, представляющих закон.

— Наверняка совпадение, — фыркнул Манул.

— Без этого противоядия я не могу спасти графа, а без него не получу информацию, которую он может предоставить. В конечном итоге, конец придет и мне, потому что сомневаюсь, что брат, о котором говорил наемник, решит меня оставить в живых, — попытался вразумить я кота. — А их осталось еще целых два.

— Да замолчи уже, — протянул бог, — я уже стараюсь решить этот вопрос с выгодой для обоих наших родов.

Я повернулся на звук открываемой двери. В комнату вошло несколько человек. Двое из них были явно охранниками, Олег находился во главе этой группы лиц, а рядом с ним шел знакомый мне мужчина, которого я видел на площади перед схваткой с Сапсановым. Он осмотрел комнату, ненадолго задержав на мне взгляд, и подошел к кровати, где лежал граф.

— Как он? — довольно равнодушно спросил мужчина куда-то в пустоту.

— А вы, простите, кто? — ответил я, подходя к нему и становясь рядом, пристально следя за каждым его движением. Не хотелось бы, чтобы все наши с Петром труды пошли насмарку.

— Я граф Александр Германович Сапсанов, — повернул он ко мне резко голову, дернувшись, словно от удара током. — А вы — то самое юное дарование, о котором в определенных кругах только и говорят в последнее время? — довольно пренебрежительно осведомился он.

— Понятия не имею, я не вхож в определенные круги, чтобы знать, о чем идет речь, — пожал я плечами. — Граф в тяжелом состоянии, но стабилен. Как только я получу последний ингредиент для противоядия, то его шансы выкарабкаться будут гораздо выше. — Граф скривился, лишь на мгновение бросив взгляд на своего брата, после чего уже полностью повернулся в мою сторону.