Я вышел на улицу, быстро сориентировался и побежал в нужную сторону. Краем глаза я видел, что Марта по крыше ангара следует за мной. В целом, этот эпизод мы размотали достаточно безболезненно. Да, ещё не до конца, но в том, что с этой промки мы выберемся нормально, я уже почти не сомневался.

Голыши попадались на пути несколько раз, но не проявляли ко мне почему-то интереса. То ли у них есть какой-то способ передачи информации, то ли действовал я настолько уверенно, что у них складывалось впечатление, что всё так и должно быть, и раз я здесь, то имею на это право. Оно и к лучшему, не пришлось их лишний раз гипнотизировать плазмой.

По пути мне несколько раз пришлось перепрыгивать ручьи с заболоченными берегами, по которым росла какая-то странная субстанция. То ли мох, то ли грибок, в общем, то, что они называли плесенью и с удовольствием поедали.

Я бы эту штуку себе в рот не засунул даже под страхом смерти.

Наконец, я выбрался из зоны обитания голышей и остановился под прикрытием остатка стены какого-то разрушенного здания ждать Марту. Она продолжала передвигаться «по воздуху». Когда ангары и балки, служащие опорой кранам, закончились, она перебралась на какую-то трубу, идущую от складов как раз в ту сторону, куда мы направлялись. Шла она метрах в десяти над землёй, а то и больше. Труба была не толстая, толщиной, может, с руку. Но Марта бежала по ней, как по проспекту, как будто вообще ничего не боясь.

Добежав до очередной опоры, которая была ко мне самой ближней, она ловко спустилась по ней вниз, как обезьянка. Быстро преодолела оставшееся до меня расстояние и предстала передо мной, интенсивно дыша после бега, но с невероятно радостным видом, улыбкой до ушей и просто сияющими от счастья глазами.

— Чему радуешься? — спросил я, думая, что возможно она знает что-то, чего пока не знаю я.

— Жить хорошо! — выдала Марта, и всё так же радостно продолжила смотреть на меня, постепенно восстанавливая дыхание.

— И не поспоришь! — улыбнулся я.

Мне не хотелось сбивать её позитивный настрой, и я решил дать ей возможность насладиться этим ощущением. Но, надо сказать, что такая радость меня несколько тревожила. Это всё же не объективное восприятие реальности. А завышенный оптимизм и позитивность мышления, обычно приводят к беде. Ты начинаешь больше надеяться на удачу, вместо того, чтобы хорошо всё продумывать, планировать и лишний раз перестраховываться.

Вернуть её на землю придётся, но чуть позже. Рука не поднимается портить ей настроение.

— Да, — покачал я головой, — одежда на тебе просто горит!