— Ладно, — сказала она. — Я сейчас позвоню Марине и Вике.

— Только быстро. Через час выезжаем.

— Ты уже командуешь мной, как папа.

— Навык, — усмехнулся Стас и отключился.

Кристина открыла общий чат.

«Девчонки, срочно. Едем кататься на лошадях за город. Стас приглашает. Сбор через час».

Ответы не заставили себя ждать.

Марина: «Крис, ты издеваешься? Я еле хожу. Если я сяду на лошадь, то слезать буду на каталке. Пас».

Вика: «Я еду! Где встречаемся?»

Кристина: «А мышцы?»

Вика: «Мышцы — это временно. Стас — это вечность».

Кристина улыбнулась и отложила телефон. Подруга была безнадёжна.

Она выбрала одежду быстро — джинсы, белую льняную рубашку, кроссовки. Волосы заплела в свободную косу — не так тщательно, как на тренировку, но аккуратно. На губы — чуть блеска, «на всякий случай».

Когда она спустилась в холл, Гриша уже ждал у двери. Кристина бросила на него взгляд — и насторожилась.

Гриша выглядел... неважно. Даже хуже — плохо. Лицо приобрело неприятный серовато-зеленоватый оттенок, под глазами залегли тени, а лоб был покрыт мелкой испариной. Обычно монументальный, как скала, сейчас он казался постаревшим на десять лет.

— Гриш, ты чего? — спросила Кристина, подходя ближе. — Ты бледный какой-то.

— Живот болит, — буркнул он, не глядя на неё. — Не страшно.

— Выглядит страшно. Может, останешься? Мы сами доберёмся, я вызову такси.

— А кто тебя будет охранять? — он достал ключи. — Я в порядке. Терпимо.

— Ты серо-зелёный, как инопланетянин.

— Спасибо за комплимент. — Гриша открыл дверь. — Садись, барышня. Девчонок твоих заберём.

Вика уже ждала у подъезда — нарядная, как на выпускной: белые брюки, кружевная блузка, волосы распущены и блестят. Даже лёгкий макияж наложила.

— Ты чего вырядилась? — спросила Кристина, когда подруга плюхнулась на заднее сиденье.

— Так, — Вика пожала плечами, но глаза у неё были шальные. — Просто хочу хорошо выглядеть. Мало ли, фотографировать будем.

— Ты фотографировать будешь? Ты вообще терпеть не можешь, когда тебя снимают.

— Обстоятельства меняются, — туманно ответила Вика и уставилась в окно, улыбаясь. Казалось в её голове родился гениальный план по завоеванию сердца Стаса Соколова.

Гриша вёл машину молча, но Кристина замечала, как он сжимает руль, как иногда касается живота свободной рукой. Один раз она заметила, как капелька пота скатилась по его виску.

— Гриш, может остановимся? — предложила она.

— Не надо. Я вас довезу. — Голос у него был глухой, но как обычно твёрдый.

— Может, в больницу?

— В больницу — потом. Сначала вас доставлю до места.

Кристина вздохнула. Спорить с Гришей, когда он решил, было бесполезно. Она могла приказать — он работал на отца и обязан был подчиняться. Но Гриша был почти членом семьи, и приказывать ему, когда ему плохо, было как-то... неправильно.