— Марат, — прошептала она, не веря своим глазам.

Даниил резко выпрямился и обернулся слегка пошатываясь от выпитого за вечер.

— Ты ещё кто такой? — спросил он нагло. — Новый кавалер? Вставай в очередь, она моя.

— Я сказал — отпусти, — повторил Марат, делая шаг вперёд. Теперь свет из одинокого освещённого окна упал на его лицо. Оно было поистине страшным. Не в смысле «некрасивым», а в смысле — опасным. Таким Кристина, своего тренера, никогда не видела. Глаза горели чёрным огнём, скулы напряжены, челюсть сжата так, что желваки ходили ходуном.

— Ты кто такой, чтобы указывать? — Даня плюнул на асфальт и свистнул. — Пацаны, разберитесь.

Двое парней двинулись к Марату. Кристина, оставшись свободной, отползла к стене, не сводя глаз с происходящего.

Первый бандит замахнулся — медленно, неуклюже. Марат даже не уклонился. Он просто перехватил руку, крутанул — раздался хруст, и нападающий заорал, схватившись за вывернутое плечо.

Второй бросился сзади. Марат, не глядя, сделал шаг в сторону, пропуская его мимо, и ударил локтем в спину. Амбал рухнул на колени, выплёвывая воздух. Марат наклонился над упавшим и с силой завернул ему руку. Кристина могла поклясться, что услышала плачь бандита.

Всё заняло меньше десяти секунд.

Даниил неожиданно побелел. Он попятился назад, выставив перед собой руки. Было ясно, он совершенно не ожидал, такой силы и ловкости от незнакомца. Ведь у парней было численное преимущество, но даже и это не помогло.

— Не лезь мужик, куда тебя не просят! Ты... ты кто вообще такой? — прокричал он.

— Тот, кто сломает тебе руки, если ты ещё раз подойдёшь к ней, — спокойно ответил Марат. — Убирайся. Пока я не передумал.

Даня был не глупый парень, он рванул проходными дворами, забыв про своих подельников. Те, кряхтя и матерясь, кое-как поднялись и потрусили следом.

Кристина сидела на асфальте, прижав колени к груди, и дрожала. От остатков ужаса. От накатившего облегчения.

Марат подошёл к ней. Нагнулся. Взял за руку — осторожно, но достаточно твёрдо.

— Поднимайся, — приказал он.

Она встала. Ноги тряслись. Он не отпускал её руку.

— Ты почему здесь одна? — спросил он. Голос — жёсткий, почти злой. — Жить надоело?

— Я... я просто гуляла, — пролепетала Кристина.

— Гуляла? — Он схватил её за плечи и встряхнул. — Гуляла, Кристина?! В тёмном переулке, без охраны?! Ты понимаешь, что с тобой они могли сделать?

— Понимаю, — выдохнула она, и вдруг слёзы хлынули сами собой. Она не плакала уже много лет — по крайней мере, при посторонних. Но сейчас не в силах была сдержаться.

— Идём, — сказал он немного тише, видя её слёзы. — Я отвезу тебя домой.