С этими словами он метнул бутылку в меня. Но я в последний момент успел поймать вращающуюся на скорости бутылку.

— А ты молодец, силёнок хватило выдержать мой удар, — усмехнулся противник.

— Ой, кажется, я руку сломал, — простонал я, морщась от острой боли.

— Так ещё веселее! — засмеялся усатый соперник, глаза его загорелись опасным огнём.

«Ну, сейчас ты посмеёшься… Позволю твоему „разговору“ быть услышанным!»

Внезапно я схватил стул и с ревом метнул его в утырка.

Он, конечно, не ожидал такого от человека со «сломанной» рукой. Единственное, что он успел сделать, — с грохотом свалиться мордой на пол, пытаясь уцелеть.

В зале повисла глухая тишина, которая вскоре нарушилась смешком поднимающегося на ноги ловкача.

— Ладно, — прохрипел он, отряхиваясь, — в эту игру можно играть вдвоём. Мне это даже нравится.

— Вот и отлично, — спокойно ответил я.

Толпа зашумела в предвкушении: кто-то сделал ставку, кто-то пытался скрыть нервную улыбку.

— Крепкий парень, — прошептал кто-то из толпы, глядя на меня. — Его бы не с клинком гонять, а с молотом да щитом.

— Я тебя всё равно убью! — взревел усатый Долгоруков. — Не радуйся, что ещё жив.

— Ясненько. Прямо сейчас начнёшь рубить? — беззаботно улыбнулся я. — Ох, тогда мне придётся применить семейную технику.

— Чего? У вас есть техники? — удивился он. Ага, как бы не так! У моей семьи всего одна техника: косячить при любой возможности.

— Ещё какая! — кивнул я и начал наполнять свою ауру. — Брось в меня ещё одну бутылку, — предложил ему.

Он не заставил себя ждать и метнул бутылку. Она, словно пуля, отскочила от меня, не причинив ни малейшего вреда. А я в это время снимал со стены старинную, кованую дубину — настоящий антиквариат, покрытый пылью веков.

— Повесь дубину прадеда на место, негодник! — взревел глава Рода Долгоруковых, и его лицо покраснело от ярости.

— По правилам дуэли можно использовать всё, что есть в этом зале, — отозвался я с невозмутимым видом.

Взгляд Долгорукова говорил о том, что он готов взорваться. А я, с широкой ухмылкой, бросился по залу за его сынком, опрокидывая дорогую мебель. После того как я превратил стол в груду щепок, выбил окно и разбросал по залу роскошный сервиз, со стороны это, вероятно, выглядело, как неуклюжая погоня за противником, которого я никак не мог догнать. Но, на самом деле, всё это было ради взбешенного выражения лица главы Рода Долгоруковых — хозяина этого шикарного дома и сегодняшнего мероприятия.

Он стоял красный, как рак, и был готов лопнуть от ярости. Неудивительно, если дом скоро начнёт дрожать от моего погрома.