Его слова заставили остальных задуматься, но высказываться никто не спешил. Только Григорий Радугин молча подошёл к столу и плеснул себе щедрую дозу янтарного напитка. Сделав глоток, он ухмыльнулся:

— Выходит, у этого Добрынина больше тайн, чем мы думали. Но всё же один его секрет нам известен…

Кто-то в зале понимающе закивал, пока глава Рода метался по комнате, как тигр в клетке. Хотя, судя по его лицу, клетка была в его собственной голове. Григорий так и не успел договорить, когда раздался резкий стук в дверь, и та распахнулась.

Вошёл охранник здоровяк в чёрном костюме, который едва на нём застёгивался. В одной руке он сжимал рацию, а в ухе торчал наушник.

— Прошу прощения, — поклонился он, — но у нас гости.

— Кто? — буркнул Руслан, не проявляя особого интереса.

— Вот в том-то и проблема, что неизвестно. Какой-то тип в капюшоне стоит за воротами, а все сенсоры у нас внезапно превратились в мусор: полетели короче, поломались.

— Он что-нибудь сказал? — Руслан прищурился так, будто пытался прожечь взглядом дыру в охраннике.

— Да, говорит, хочет лично поговорить с главой Рода.

Глаза Алексей яростно вспыхнули, и он тут же воскликнул:

— Это Добрыня Добрынин! Кто же ещё?

— Серьёзно? — фыркнул Денис Радугин. — Вы все тут на нём помешались. Он что, смертник, чтобы сюда заявляться?

— Кто знает, что у этого ублюдка на уме, — рявкнул граф, ударив кулаком по столу. — Свяжите его, обыщите и тащите сюда! Живо!

Охранник кивнул и выбежал, грохоча. Граф же в это время стал размышлять о том, какими изощрёнными способами он будет мучить гостя, если это действительно Добрынин. Остальные обменялись взглядами и зашептались, пытаясь угадать, кто же этот загадочный посетитель.

Обстановка была крайне напряжённой, и спустя какое-то время даже не сразу все поняли, что за чертовщина происходит.

Впрочем, для семейства Радугиных в последние дни это был обычный день: ещё одно доказательство того, что спокойная жизнь явно стала проходить мимо их двери.

Помещение, в котором находились собравшиеся, неожиданно задрожало, и все повскакивали со своих мест. На стенах, при каждом скрипе, начали вырисовываться трещины и появляться глубокие расколы: того и гляди, потолок рухнет.

— Это ещё что за фокусы? — загалдел громче всех Денис, хватая бутылку с коньяком и глотая прямо из горла. — Только не хватало остаться под завалами на трезвую голову!

Два капитана родовой гвардии бросились к окнам, их лица вытянулись от ужаса.

— Господин, господин! Имение… Оно, кажется, поднимается в воздух!

Тряска усилилась ещё больше, и во всеобщей шумной суматохе многие попадали на пол, а одного из двоюродных братьев придавило шкафом.