Еще я заметил в стороне Ивону. Похоже, она прибежала к ангару, когда узнала, что часть отряда вернулась без меня. Сейчас на ее лице беспокойство сменялось облегчением.

— Ты что творишь? — в голосе Михаила слышалось искреннее негодование. — Какого вообще хрена ты нас выбросил? Это была моя охота! Лучшая охота в моей жизни! Мы почти медведя добили…

— Добили!? — я даже открыл рот от удивления, уставившись на него. В смысле, этот денежный мешок реально так думает?

— Да!

— А мне-то казалось, что вы, Михаил, от ультразвукового удара киборга чуть не скопытились. Но теперь понимаю. Ошибся. Это был маневр добивания. Простите дурака.

— Киборга? — он еще пылал гневом, но часть сказанного услышал. — Какого киборга? Это же мутировавший медведь, да?. Огромный, но…

Я перевел взгляд на Симонову.

— Надежда, вот ты у нас охотница, да? — дождавшись кивка девушки, продолжил. — Как так вышло, что ты по испражнениям этой твари не поняла ее размеров?

На миг она опустила глаза, но сразу же подняла их обратно. Уважуха, со стержнем девица!

— Я ошиблась. — ровным голосом произнесла она. — Это был помет кого-то, кто стал добычей нашего медведя.

— Не, Надь. Это не ты ошиблась. Ошибка была допущена раньше. Когда мы вообще на это сафари пошли.

Переведя взгляд на Сергеева, я вытянул две руки. На правой ладони лежал коготь-кинжал, на левой — чип, который система хотела доставить в некий штаб специальных операций.

— Это — киборг, Михаил. Боевая машина, созданная до последней войны в Мишшесе. Я не знаю, как она протянула двести с хвостиком лет, но вот так. И мы чуть все не легли там, потому что одному уважаемому человеку захотелось получить охотничий трофей из другого мира.

— Эм… — впервые на моей памяти олигарху было нечего сказать.

Я же продолжил.

— Так что не обламывайтесь, Михаил. Вот вам коготь… — за спиной послышалось приглушенное “э-э!”, оборванное звуком крепкого удара. — Теперь у вас есть трофей, которого больше ни у кого нет. Теперь вы успокоились?

Надо отдать должное Сергееву — он умел держать удар и признавать ошибки. Впрочем, другого от человека, достигшего таких успехов, и не ждешь.

— Был не прав. — коротко буркнул он. — Выводы сделал. Без обид?

— Без обид. — подтвердил я, и всучил ему коготь биоконструкта. — Вы просто неверно оценили ситуацию. Мишшес — это мир после войны, уничтожившей цивилизацию, превосходящую земную на голову.

Раньше я бы такого не смог. Ну, в смысле, стоять против человека, у которого возможностей похоронить меня движением пальца больше, чем у дворовой собаки блох, и поучать его. А теперь — пофиг. Он накосячил с этим своим сафари, не лишним будет его ткнуть пару раз носом в этот факт. И, вообще. Когда вытаскиваешь чью-то задницу из огня, у тебя появляются кое-какие привилегии.