С другой стороны, где-то должен быть подвох. Не верю, что эта долбаная сука решила сыграть честно и просто так поделиться со мной активами. Единственное, чего не понимаю, так это как именно она хочет меня обмануть? Её приехавшая подруга не демонстрирует нервозности или злобы. Судя по её эмоциональному спектру, женщина сама верит, что предложение настоящее.

Когда Падма приносит поднос с чашкой кофе, отец Келт как раз заканчивает знакомиться с бумагами. Отложив документы в сторону, поворачивается ко мне.

— Всё выглядит чисто. Единственное, что меня смущает, — опция ограничения по времени. Ты должен согласиться с предложением до сегодняшней полуночи, либо оно потеряет юридическую силу.

Занятно. То есть она ещё и подталкивает к максимально быстрому решению. Уверенность в наличии тонны дерьма, закопанной где-то между строк документов, значительно усиливается.

— Какая доходность у этой сети клубов? С ними вообще всё в порядке?

Отец Маффы, который представился как Уве, пожимает плечами.

— Согласно документам чистая прибыль составляет около одиннадцати миллионов рупий в год. Лицензии на продажу алкоголя, организацию стриптиза и оказание услуг интимного массажа имеются и действительны до конца года. Как я и сказал, с юридической точки зрения всё чисто.

Прикидываю, много это или мало — одиннадцать миллионов? Сколько стоит этот дом, например? Или приличная квартира? Руки сами тянутся к телефону, чтобы оценить стоимость денег, но я сразу же останавливаюсь. Рыться сейчас в телефоне будет, мягко говоря, странно. В любом случае, если сеть клубов приносит прибыль, это неплохо. К тому же всё остальное мачеха оценила в двенадцать миллионов, и раз у адвоката нет по этому поводу никаких вопросов, значит, с оценкой он согласен.

— Мне нужно подумать.

Тот сразу отворачивается, возвращаясь к беседе с представителем противоположной стороны. Я же наблюдаю за ними, пытаясь прийти к какому-то решению. Никто из этой пары, сидящей по разные стороны изящного журнального столика, не внушает доверия. Немного успокаивает, что Уве должен быть заинтересован в финансовом благополучии зятя. Но как знать, вдруг мачеха связывалась с ним заранее? Или они вообще давние знакомые?

Мысли начинают путаться, и я прикрываю глаза, пробуя сосредоточиться. Надо отбросить паранойю и попытаться подумать. У меня всего две опции. Отказаться или согласиться. В первом случае нужно дождаться экзамена на Децимуса, после чего обратиться в суд и ждать окончания процесса. Во втором — я получу свою долю прямо здесь и сейчас. Возможно, с зарытым там взрывоопасным сюрпризом, но тем не менее.