Ядро кабана, завёрнутое в тряпку, лежало в самом дне рюкзака. Я чувствовал его присутствие, тёплое и пульсирующее. Теоретически, я мог попробовать поглотить его прямо сейчас, усилить свою прокачку. Но что-то останавливало. Интуиция подсказывала, что делать это нужно в безопасном месте, где никто не помешает и где можно будет контролировать процесс. Не хватало ещё взорваться где-то на дороге, потому что не справился с потоком этера.

Закончив с едой, я поднялся и продолжил путь. И уже к ночи, когда впереди показались помеченный на карте постоялый двор для путешественников и торговцев вздохнул с облегчением. Староста не соврал и это было хорошо.

Правда сложно было назвать пару десятков домов, крепких и двухэтажных и огромный вытянутый дом в самом центре, откуда с крыши из труб валил дым, постоялым двором, скорее это была постоялая деревня, блин, на несколько сотен гостей, не меньше. Длинный дом вообще был трёхэтажным.

Я подошёл к огромной двери длинного здания. Охраны не было, только старик сидел на лавке и строгал палку.

— Путник? — спросил он, поднимая на меня мутные глаза.

— Да, — кивнул я. — Можно переночевать?

— Проходи, — махнул он рукой. — Хозяйку зовут тётушка Лин.

Я поблагодарил и вошёл, аккуратно открывая створку двери. Тётушка Лин встретила меня у порога, это была полная женщина средних лет с добрым лицом и цепким взглядом торговки. Я сразу понял, что это она. Правда было неожиданно, что встречают сразу у входа, но видимо такие обычаи, заморачивать я не стал.

— Комната на ночь — пять медяков, с ужином — восемь, — сразу заявила она. — С завтраком десять

— С ужином и завтраком, — согласился я, доставая монеты.

— Ужин в трактире или в комнате?

— В комнате.

Она провела меня в небольшую чистую комнату на втором этаже. Обстановка была простой, но этого и хватало, я собирался только переночевать, а не жить тут. Циновка, низкий столик у окна с видом на улицу, вполне сносно, пусть и непривычно после нормальных стульев.

— Ужин подам через час, — сказала тётушка и ушла.

Я скинул рюкзак, поставил копьё у стены и плюхнулся на циновку. Хорошо, прошёл сегодня порядочное расстояние, и завтра предстоит ещё столько же и совершенно не устал, всё же армейская жизнь закалила меня неплохо. Хотя коня я бы купил, финансово я мог себе это позволить. И хотя жалование мне в степи так и не выплатили, золото у меня имелось, как та наградная монета, так и три монеты в рюкзаке, ждавшие своего часа, плюс пара десятков серебряных монет. Не всё сохранилось, конечно, но я смело мог рассчитывать на пару месяцев вполне безбедной жизни.