— Нам придётся с этим жить. Иначе и быть не может. И чем прочнее будут связи, тем сильнее мы будем сожалеть о потерях.

— Намекаешь, что тебя могут убить? — Марина неодобрительно посмотрела на меня и сложила руки на груди. — Глупости это всё, мы справимся!

— Обязательно справимся. Но нужно держать в голове, что смерть может прийти за любым из нас. — Томно вздохнул и взглянул на верхушку солнца, зависшую над горизонтом. — Пообещай мне, что если я умру, то ты сделаешь всё, чтобы выжить. А уже потом выделишь минутку-другую на скорбь, когда будешь в безопасности.

— Но…

— В бою нельзя медлить, — перебил я. — Не можешь победить, но есть шанс убежать? Беги не задумываясь!

— Да знаю я. — Её губы плотно прижались друг к другу, а голова опустилась. — Мне не десять лет.

— Рад, что ты это понимаешь. Значит, тебе будет несложно дать обещание.

— Но зачем тебе это?

— Я эгоист и хочу сбросить с души камень ответственности.

— Ты говоришь глупости. Как эгоист, может так проникнуться ответственностью, что у него на душу ляжет камень?

— Просто… — Я стушевался. Марина огласила разумные вещи, но мне не хотелось признаваться, что я к ней привязался. Ненавижу чувствовать себя слабым и уязвимым. — Просто пообещай.

Она закатила глаза, цыкнула и сказала:

— Ладно-ладно, обещаю.

— Вот и отлично. Идём, осталось недолго.

По дороге нам не встретились ни люди, ни монстры. Видимо, Володина придумка закончилась скоплением всех насекомых в одной точке. Почему-то мне казалось, что он не рассчитывал на такой эффект, и сирена была для людей, а не для тварей. Но, что случилось, то случилось. Пока мы не станем чересчур сильными, объединяться смерти подобно.

Лучше держаться малыми группами. Вот нам в команде не хватает двух-трёх человек. Как бы это тщеславно ни звучало, но я мог бы взять на себя роль мозгового центра. Правила нового мира уже усвоил, оставалось только тщательно взвешивать следующие шаги, и проблем быть не должно. Однако нужно помнить, что никто не застрахован от случайностей, и их тоже стоит учитывать.

Марина способна не только порубить монстров на фарш, но и посочувствовать — крайне полезный навык в те моменты, когда нужно наладить хорошие взаимоотношения с незнакомым человеком. Я же намеренно годами убивал его в себе, и это у меня практически получилось.

Чувствовалась нехватка сильной духом персоны, способной хладнокровно руководить отрядом в критических ситуациях. Из тех немногих, с кем я успел пообщаться, на эту роль подходил только Володя, но иметь с ним дела — себе дороже. Его авторитарный, если не сказать диктаторский, стиль управления был мне не по душе. Хоть демократия в чистом виде — это зло, но не выслушать другое мнение, которое может оказаться лучшим решением, — это ещё большее зло. А в команде бывшего главы района вряд ли найдётся место дискуссиям. Нет, мне нужен другой человек.