— Но зачем это нужно?

— А ты хоть раз платила за квартиру?

— Нет.

— Вот и я о том же. Богатые люди потому и богаты, что умеют считать деньги и правильно ими распоряжаться.

— Либо тут жил параноик.

— Пусть так, но мы должны сказать ему спасибо.

Я съел первую половинку сникерса и запил водой. Вкусно-то как! Раньше я и дня не мог прожить без сладкого, и хорошо, что у меня есть возможность адаптироваться к новым условиям, а поможет мне в этом холодильник доверху забитый всякой вкуснятиной.

Ещё раз заглянул в холодильник и достал упаковку рафаэллок. Конфеты стали улетать одна за другой. Марина тоже взяла парочку.

— И позаботиться о Марке, — вдруг добавила она.

— Ну… даже не знаю.

— Он же ребёнок! — воскликнула Марина. — Как мы можем его бросить?

— Говори тише, они могут слушать. — Дал ей ещё две конфеты. — Я сейчас скажу страшную вещь, но так оно и есть. И чем раньше ты это поймёшь, тем лучше будет для нас обоих. Эти трое — балласт. Они ничем не могут помочь нашей группе. Да, если бы у нас было убежище, в котором находилось человек пятьсот, тогда другое дело: сотня защищает, четыре других работают.

— Как можно так рассуждать, когда речь идёт о жизни ребёнка? Я отказываюсь это принимать!

— В силу возраста тебе недостаёт цинизма и прагматизма.

— Разве это плохо?

— В нашей ситуации — да. Речь идёт о выживании, а ты, мне помниться, сказала, что не хочешь умирать.

— Не хочу… — прошептала Марина.

— Вот и умница. И да, мы ещё не обсудили кое-что.

— Паука?

— Его. Ты меня не послушала, и эта авантюра могла закончиться крайне плачевно.

— Но ведь мы спасли Маргариту Викторовну, разве этого мало?

— Если посмотреть в сухом остатке, то стало только хуже.

— Да что ты такое говоришь?! — Марина повысила голос.

— Сама подумай, теперь у нас прибавился ещё один рот, да и к тому же для монстров мы стали более привлекательной целью. А что получили взамен? Немолодую учительницу, которая в лучшем случае может постирать и приготовить еду.

Глаза Марины налились злобой, а налицо наползло отвращение. Ей не понравилось, что я сказал.

— Знаешь что?! Не нужно делать из меня монстра! Если мы будем поступать по-твоему, то станем не лучше этих ползучих тварей.

Она схватила пару сосисок и пошла к выходу.

— Хладнокровие и прагматизм — вот залог выживания. Глупо это отрицать.

— Пока я могу помочь, помогу, — вот мой девиз.

Марина ушла, оставив меня в окружении яств, купленных в супермаркете.

Я понимал, почему она ведёт себя именно так — стресс сошёл на нет, а характер вылез наружу. Не скажу, что винил её, но подобное отношение было неприятно. Что ж, пока всё спокойно, пусть поступает как хочет, но в момент наступления пиздеца возьму роль лидера на себя. И если она додумается побежать на «броневика» ради спасения того же Марка, то побегу в обратную сторону. Хоть я к ней и привязался, но инстинкт самосохранения сильнее.