— Атаковали пылевики, и я надышался их пыльцы, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Внутри всё словно парализовало, а потом и вовсе жива перестала накапливаться. В общем, всё зашло слишком далеко, тело начало сдавать, а потом и вовсе…усыхать. И вот итог, — я приподнял свою истощенную, дрожащую руку.

— Пылевики? — переспросила Эйна, ее брови поползли вверх.

— Ага, такие жуки из Глубин. — просветил ее Грэм.

— Знаю-знаю, — быстро кивнула она, а потом с легким подозрением добавила. — Удивлена, что вы их не обошли стороной. Вы же должны были знать, что они опасны, и что дышать их пыльцой нельзя.

— Да я пошел вперед, не дождался деда, — вздохнул я, — И наткнулся как раз на их гнездо, которое они начали агрессивно оборонять. В общем… сам дурак.

Эйна внимательно смотрела на меня несколько секунд, анализируя сказанное, а потом медленно кивнула.

— Понятно. То есть проблем… с Даром не было? Не в нем причина твоего… истощения?

Я посмотрел на нее прямо.

— Нет. Пока ничего подобного я не заметил. Дар на месте.

— А пыльца…она никак не повлияла? — уточнила Эйна, — Она могла…кхм…усугубить проблемы с Даром. Часто это не остается без последствий. В таком случае надо что-то делать.

— Пыльца вся вышла, — встрял Грэм. — Уж об этом позаботился я.

— Как? — прищурилась Эйна.

— Секреты старого охотника, — хмыкнул старик.

— С Даром все в порядке. — сказал я, — Ну то есть…насколько это возможно после такого.

— Ну… — Эйна поправила корзинку на сгибе локтя. — Если заметишь странности, не бойся обращаться за помощью ко мне. Потому что потом может быть слишком поздно.

— Я помню, ты говорила, — кивнул я, а затем добавил, — А твой кристалл пригодился, когда я пошел на поправку.

— Я рада, — ее губы тронула искренняя, как мне показалось, улыбка. — Значит, подарок был кстати.

Она еще раз окинула взглядом мою сгорбленную фигуру.

— Да, ты прав. Тебе нужно выздоравливать и набираться сил. А потом… потом обсудим разное.

— Как там с Хабеном? — спросил я. — Ты уже…разговаривала с ним?

Эйна разочарованно вздохнула.

— Значит, он не согласился? — понял я.

— Некоторые люди, — ее голос внезапно стал холодным, почти металлическим, — держатся за свою мнимую свободу и… привилегии, совершенно не понимая, что и то, и другое можно очень быстро отнять.

Она покачала головой, сбрасывая раздражение, и добавила:

— Ладно, не будем об этом.

Пока она говорила, я прислушивался к своим ощущениям. И вдруг понял странную вещь: от Эйны исходили волны приятной, густой, травяной энергии. Я буквально ощущал ее кожей, всем своим существом, хотя она не применяла никаких техник.