В теории свою ауру можно полностью контролировать и скрывать в теле, не выпуская ни капли наружу. Во всяком случае, мне это сейчас казалось логичным. Нужно только научиться управлять подобным.

Ладно, сейчас более насущные дела.

Я подозвал к себе корнечервей и за моими двумя тут же выскочил третий. Не долго думая, я прикоснулся к нему и тут же образовал новую связь. Она создавалась мгновенно, без малейшего напряжения. А ведь эта связь еще день назад просто не «влезла» бы в меня.

Ясно. Значит лимит, очевидно, расширился.

Я зашел в дом, прошел мимо Грэма и нашел место, где лежали мои старые мутанты, которых я не уничтожил — кровавая колючка и изумрудный вьюнок. Мутанты почти захирели, потому что Грэм за ними не следил, а я всё это время не мог их подпитывать. Состояние их было плачевным. Еще неделя — и от этих агрессивных хищников не осталось бы живого места. Это я быстро исправил: послал им импульс живы и восстановил связи. И снова это далось мне легче легкого: никакой головной боли, никакого давления на разум. Теперь я держал эти нити играючи.

Вздохнув, я взглянул на этих мутантов. Да, ближайшие два дня я буду создавать новые связи, плодить новых мутантов и проверять пределы своих способностей. Однако прямо сейчас мне нестерпимо хотелось провести один эксперимент, который, после «сети дубов» казался мне намного более важным, чем всё остальное.

Я взял корзину, лопатку, и вышел поближе к Кромке. Выкопал дюжину обычных, крепких сорняков с хорошей корневой системой и принес их на край своего сада.

Кинжалом я надрезал корни каждого из них, и после этого начал их…сращивать, соединять их корни друг с другом. И на удивление, получилось это легко. Когда я закончил, и сплел каждый сорняк с каждым, я высадил их в землю и полил водой.

После этого я дал им живы и капнул своей кровью, которую они моментально впитали.

Я закрыл глаза и потянулся Даром к созданной «сети сорняков». Я попытался вспомнить и восстановить то самое ощущение, когда я стал центром гигантской сети Железных Дубов — узлом, через который течет информация и энергия.

Какое-то время ничего не происходило, и я «видел» только тьму, но вскоре в ней проступили крошечные огоньки — сорняки. Вот оно что — их просто сложно заметить, насколько они мелкие. Для меня это пока сложно. Я направил внимание на каждого из них и попытался прикоснутся к их «воле».

И разница с дубами, конечно же, была колоссальна. Как и разница с сетью. Эта микросеть была примитивна, как и сами сорняки в ней. Это было и близко не то монументальное величие, что у сети вековых деревьев. Но это всё было вообще не важно. Сеть работала, энергия циркулировала между двенадцатью растениями как единый кровоток, а я стоял в центре, контролируя этот поток. Правда, этот поток был такой мизерный, что я его едва-едва чувствовал.