Да уж, с секирой нам страшно повезло — повезло, что у старого Кальда в закромах завалялось оружие именно с таким изъяном.

Я перевел взгляд с Грэма на свои руки, поднялся и пошел к следующему дубу — второму, у которого была моя зеленая «метка», — и, положив руку на выступавший из земли корень, потянул живу к себе. И дуб мне ее дал. Он узнал меня.

Я сидел, вдыхал густой лесной воздух и просто впитывал в себя живу.

Сто единиц… двести… триста…

Процесс шел небыстро, и на заполнение трехста единиц ушло больше часа. Где-то среди толстых крон, вверху, шуршал Седой: старый мурлык лазил по деревьям, выискивая, наверное, какие-то ценности или…просто на что-то охотясь. Не знаю. А Грэм всё это время упражнялся и обходил поляну по кругу.

Только сейчас, наполняясь энергией, я по-настоящему осознал, насколько же огромен мой новый резерв. Четыреста семьдесят девять единиц. Каналы-ростки заполнялись медленно, но зато теперь, когда я их отчетливо ощущал, я чувствовал свое тело совершенно иначе, по-другому. Сто пятьдесят три ростка пульсировали под кожей, оплетая мышцы и кости. Я прислушивался к этой новой энергетической системе и понимал: со временем эти ростки окрепнут, превратятся в полноценные широкие русла каналов, и их вместимость, очевидно, тоже должна будет увеличиться. И тогда мой резерв станет по-настоящему огромным по любым меркам.

Я физически ощущал, как минута за минутой, тело становится сильнее, и в него возвращаются былые силы. Не мышечная масса — я всё ещё оставался пугающе тощим, — а бодрость тела, ясность сознания и выносливость. Вот всё это возвращалось с каждой новой каплей живы.

Я остановился, когда заполненность достигла трехсот пятидесяти единиц. Теперь была пора привязать к себе остальные крупные дубы — эта роща должна стать одной из моих главных «баз». Эдаким источником колоссальной мощи. Здесь можно будет безопасно тренироваться в навыках, проводить эксперименты и расходовать живу в любых количествах, зная, что я всегда смогу ее восполнить практически моментально. Другие о таком могут только мечтать.

Я поднялся и подошел к следующему железному дубу. Достав кинжал, я кольнул свой палец. После прохождение закалки это далось с трудом. Капля крови как-то медленно упала на темную кору дуба и почти сразу же впиталась.

Я сразу же прижал ладонь к этому месту и погрузился Даром в дерево. Процесс был уже знаком.

Дуб мгновенно меня заметил и я оказался прямо рядом с гудящим потоком живы. Вдобавок, дуб ощутил Кровь Симбионта и сразу принял ее в себя, словно уже знал, как с ней «работать» и я понимал, что скорее всего он знал, что другие дубы поступали так же. А еще он уже узнавал меня — помнил с прорыва. Для него я теперь был «узлом» связи. Не человеком, не живым существом, а чем-то, что является недостающей частью сети. Это был…любопытный взгляд на вещи.