Он вышел и закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал как финальный аккорд. Я рухнула на кровать, укрывшись одеялом с головой. И, вопреки всему, я уснула почти мгновенно.
Глава 41
Матвей...
Перед глазами, как зацикленный кошмар, крутилась одна и та же сцена: Настя, моя Настя, прижимается к этому огромному неотесанному куску мяса и садится в его разбитую колымагу. Ревность была не просто чувством — она была физической болью, едкой кислотой, которая разъедала внутренности. А моя вина за то, что я не уберег её от этого видео, смешивалась с бешеной яростью.
— Ну чего ты так вцепился в этот руль, Матвей? — Лика вцепилась в дверную ручку. — Ты же сейчас его вырвешь с корнем. Не принимай ты это так близко к сердцу.
— Заткнись, Романова, — процедил я, даже не поворачивая головы. — Еще одно слово, и я вытолкну тебя из машины прямо на ходу. И мне плевать на то, как ты будешь тормозить лицом об асфальт.
— Твоя Настя просто устроила дешёвый спектакль, — неунималась Лика. — Она прыгнула в тачку к этому «Танку», чтобы насолить тебе. И, между прочим, давай будем честны — ты это заслужил. Это маленькая месть обиженной девочки. Она просто возвращает тебе должок за ту «премьеру».
— ЛИКА!!! НЕ РАЗДРАЖАЙ МЕНЯ ЕЩЁ БОЛЬШЕ! — выплюнул, нажимая на педаль газа, понимая что она права. — Я и сам догоняю, что она специально это сделала!
Романова резко замолчала, вжавшись в кресло. В салоне «Порше» повисла тяжелая тишина, нарушаемая только ревом двигателя и моим прерывистым дыханием. Я чувствовал, как пульс долбит в висках. Мне нужно было это движение, эта скорость, чтобы не взорваться прямо здесь, не разнести собственную машину в щепки.
— Ладно, остынь... — тихо прошептала она через пару минут, косясь на меня с явной опаской. — Куда мы вообще так летим? Это не дорога к твоему дому. Ты проскочил поворот пять минут назад.
— Мы едем к Марку, — отрезал я, сворачивая на эстакаду так резко, что шины взвизгнули. — Этот урод думает, что он самый умный. Думает, что может разрушить мою жизнь, подставить меня и остаться безнаказанным. Я выбью из него признание. Он скажет на камеру, что это он слил видео.
Я бросил на неё яростный, почти безумный взгляд.
— И снимать всё это будешь ты. Поняла? На мой телефон, чтобы потом я мог показать это Насте. Чтобы она поверила в мою не причастность.
Лика замерла, её глаза округлились, а рот приоткрылся от ужаса.
— Что?! Ты с ума сошел? — её голос сорвался на визг. — Матвей, я не собираюсь становиться участницей мордобоя! Ты видел себя? Ты же в таком состоянии его просто искалечишь! Это уголовка, ты понимаешь? Тебе нужно угомониться, выпить снотворного, успокоительного, а утром на свежую голову...