Пришлось поверить.

После медицинского отчёта я выслушал информацию по делам посёлка и только потом отправился в кабинет.

Работать в тот день совершенно не хотелось. Меня самого заинтересовал тот самый телекинез, который неожиданно проявился у Глеба. Если верить наблюдениям, способность действительно существовала и не являлась фокусом. Оставалось понять, способен ли я на нечто подобное.

Передо мной на столе лежал обычный карандаш, который и был назначен первой жертвой эксперимента. Вот только сосредоточиться оказалось неожиданно сложно. Мысли постоянно перескакивали на озеро, странное излучение, исследования Серафимы, проблемы колонистов и десятки других вещей.

Минут через десять я начал подозревать, что способность к телекинезу у меня не работает. Однако стоило мне окончательно разочароваться в затее, как карандаш едва заметно дрогнул. Настолько слабо, что я сперва решил — показалось. Но затем он качнулся снова. Несколько последующих попыток позволили мне поставить его вертикально, а потом даже приподнять над столом на несколько сантиметров.

Карандаш почти сразу завалился набок и покатился к краю столешницы, однако это уже не имело никакого значения. Получилось!

Пусть результат выглядел откровенно жалко по сравнению с тем, что демонстрировал Глеб, однако предмет я всё-таки поднял. Откинувшись на спинку кресла, я некоторое время любовался своим достижением, после чего покинул кабинет. Теперь мне не терпелось найти Михаила. Уж он-то наверняка вовсю осваивал новые возможности организма.

— Это умение нужно тренировать, как мышцы, — первым делом сообщил Мишка. — Я на Леонида пока свою работу перебросил. Ты не будешь против?

— Не буду, — согласился я.

В конце концов, мы сейчас тоже занимались исследованием одного из главных секретов Ауры. Если выяснится, что озеро действительно способно наделять людей подобными способностями, то все остальные проекты временно отходят на второй план.

— Папа! Мне нейросеть кино показывала! — выбежал навстречу Глеб. — Я думаю, это магия! Правда, огонь у меня не получается.

— И очень хорошо, что так, — выглянула из зала с экранами Мария. — Не хватало ещё здесь всё поджечь. Эд, иди лучше посмотри, что наша дочь учудила.

После этих слов хорошее настроение у меня как-то сразу пошатнулось.

Если Глеб обычно сначала экспериментировал, а потом рассказывал о результатах, то Ольга придерживалась прямо противоположного подхода. Сначала совершала какую-нибудь глупость, а уже потом окружающие разбирались с последствиями.

— Что на этот раз? — насторожился я.

Мария лишь махнула рукой в сторону центрального экрана.