Скрепыш состроил скептическую физиономию, насколько это можно было сделать при помощи свободно болтающихся в районе «лица» глазок и линии рта. Но промолчал.

А я наконец сунулась в дыру, из которой больше не сыпались просроченные уведомления.

На той стороне меня встретил внутренний портал компании, которой, видимо, и принадлежал склад. Во всяком случае, я узнала логотип — молния, бьющая в центр круга. Компания называлась «ЭкзоТех» и занималась производством и сервисом оборудования…

… для терраформирования планет.

Я на секунду вынырнула из портала и новым взглядом оглядела коробки и ящики с загадочными названиями вокруг. Это вот то, что абы как таскал Сеня, кто-то потом будет использовать, чтобы создать новую Землю? Ню-ню.

Однако, судя по информации на портале, компания процветала. Существовала она уже больше тридцати лет — увы, дату создания они не почесались написать на случай, если внезапный разумный робот захочет узнать, какой сейчас год. На счету у «ЭкзоТеха» были десятки успешных проектов, часть которых они сами проводили от и до, а часть — выполненных другими фирмами при помощи экзотеховского оборудования. На картинках я видела стильный футуристичный офисный центр со сквером, фонтанами и всякой дизайнерской лабудой неясного назначения.

Я полистала страницы портала. Миссия, бла-бла за высокие моральные принципы, экологию и «космическое невмешательство» — уж не знаю, что это в контексте терраформирования. Безопасность, компетентность и звёздный парад топ-менеджеров.

Я снова вернулась в реальность и ещё раз оглядела склад, пока не упёрлась взглядом в Сеню. Итак, что мы имеем?

Пункт первый. Я — робот и в душе не чаю, что с этим делать. И можно ли с этим что-то сделать. Может быть, в этом мире есть роботы посимпатичнее, и я могла бы заполучить такого, чтобы перенести в него свои мозги? Или мои мозги всё-таки органические, и их можно перенести в человека? Звучало сомнительно, но даже если и так, я не представляла, как это сделать. Да и где такое взять с учётом пункта два.

Пункт второй. Я на каком-то складе без связи с внешним миром, но быть тут мне вроде как положено. То есть, с одной стороны, не гонят, а с другой — если сбегу, могут хватиться. Куда и как бежать, я не знаю: сквозь дверь, из которой люди являлись? Сквозь ворота, за которыми я понятия не имею что? Зато если я или роботы в моём подчинении накосячили, приходят люди и задают неудобные вопросы. Разок Скрепыш меня выручил, но как знать, справится ли он снова.

Стоило об этом подумать, как Скрепыш опять развернулся, заслонив собой четверть поля зрения, и упёр руки в боки.