Вот тут у меня отлегло от несуществующего сердца. Действительно, можно же и вовсе не отвечать. А если что, так, может, сеть сглючила, сообщение не доставлено… Я счастливо отправила Примадонну в игнор, а потом задумалась над возможностями Скрепыша.

— Приказы от авторитетных издателей, способность удалённо взломать недешёвый смартвижен… Скрепыш, а для какой работы тебя создали?

Скрепыш:У меня нет этой информации.

— Ну-у, а если прикинуть? И потом, ты идёшь комплектом ко мне, а я тоже — штука довольно уникальная. Кто и зачем мог такое запилить?

Скрепыш:У меня нет этой информации.

— Ты можешь хотя бы предположить?

Искин на мгновение подёрнулся помехами.

Скрепыш:Не могу.

Ну офигеть теперь. Что-то мне начинает мерещиться на моей собственной груди табличка «перед прочтением съесть».

Хотя… Насчёт собственной уникальности я могу и ошибаться. Люди вот тоже на меня смотрят и думают: «Это просто робот». А что если «просто роботы», на которых я смотрю, — вовсе непросты?

Я сорвалась с места и, как прищемленная, рванулась к полке со сканером микробиома, одновременно рассылая команду абсолютно всем роботам на складе выстроиться в шеренгу в главном проходе. Мне нужно было знать.

⊶Ꮬ⊷

Фома Благонадёжин как раз на днях наклеил на стекло своего смотрового оконца плёнку, прозрачную только в одну сторону. Теперь, по крайней мере, роботы не могли его увидеть, когда он набирался храбрости подойти и посмотреть, чем они занимаются. Это успокаивало, и Благонадёжин почти смирился с мыслью, что можно продолжать работать в этой компании. В конце концов, если не ходить на склад, то всё остальное его устраивало: удобная мастерская, высокая скорость соединения в местной сети, корпоративное жильё, бассейн…

Он подошёл к окну, помешивая в чашке успокоительный отвар с лёгким кофейным запахом и парой ложек огненной жидкости из мутной бутылочки. Нервы надо лечить…

Но то, что он увидел в окошке, заставило его уронить чашку, отчего осколки и ложечка с оглушительным звоном разлетелись по полу.

Там происходила казнь. Один из роботов приказывал остальным, стоящим строем, ложиться на пол, после чего направлял на них дуло какого-то жуткого футуристического оружия, несомненно разработанного специально, чтобы уничтожать зародившуюся в железе жизнь. Расстреливал их и тут же преспокойно двигался дальше, пока товарищи оттаскивали железный труп куда-то за пределы видимости из окна.

Фома попятился и с размаху сел мимо кресла. Сквозь штаны в него впилась ложечка. Нет, из «ЭкзоТеха» надо было бежать. Бежать!!!

⊶Ꮬ⊷

Закончив экзекуцию, я присела на ящик. Вот ведь не устают у меня ноги, а мозги убеждены, что должны, и даже какую-то слабость выдумывают.