— Где Синицыны? — не стал раздувать он.

— Их больше нет.

— Они мертвы?

— Да, по крайней мере сын и отец точно.

— Слава создателю. — выдохнул отец, покачивая головой. — Остальные пришли с подкреплением, зомбированные как и отбросы с нижнего города. Надо предупреждать.

— Это всё? У меня ещё дела. — поторопил я отца.

— В общих чертах да. Есть ещё один вопрос, люди с символами на лбу, зомбированные, что они делают?

— Ты о чём?

— Твои подчинённые, — слово “подчинённые” отец особо выделил. — Начинают наносить на лоб символы, они тренируются сами, не слушают приказов.

— Я разберусь с этим.

Отец только кивнул.

— Сегодня жду тебя в части, плац за казармами. Будем обсуждать план обороны.

— Хорошо.

Попрощавшись с отцом, снова вернулся к Суори.

Пробуждённая девушка сладко потянулась и встала.

— Понравилось? — лукаво спросила Тея.

— Что мне должно было понравиться?

— Шарится в моей голове.

— Ничего приятного.

— Так и подумала. Ты же благородный, не станешь лезть в девичьи воспоминания.

— Я воспринимаю тебя в другом ключе. Во первых ты мой враг, во вторых даже не человек.

— А быть не человеком это сейчас плохо? Поверь, наш народ по всем параметрам превосходит людей. Это сказано не со зла, просто факт, мы эволюционно дальше прошли.

— Ещё чуть чуть и я начну думать, что мы никакие не союзники.

— Тему врагов и не человека ты поднял первый. Мы оба как механизмы, просто наш механизм работает лучше. — фыркнула она, совсем как обычная земная девушка. — Я могу идти, союзничек? Будем держать связь на городской стене, каждый вечер. У вас три дня, не теряй времени.

Тея собралась перенестись, но я окликнул её.

— А знаешь, что лучше всего умеют делать люди?

— Нет, откуда мне знать. — снова лукаво улыбнулась она.

— Ломать хорошо работающее.

Улыбка Теи стала чуть менее удовлетворённой, мне понравилось, она прищурилась и перенеслась.

Доверять врагу, надо же, Федя у тебя совсем всё плохо с мозгами. Посмотрим к чему это приведёт.

Город замер в преддверии чего-то великого, ужасного по своей сути, но великого. Перед последним отведённым расой вторженцев днём успокоилась даже метель, боязливо затихнув. День был чист и светел, воздух горел морозом, а снежные шапки искрились от солнечного света.

Люди выходили на улицы и выглядывали в окна, чтобы вдохнуть ещё разок.

По улицам деловито сновали рабочие и солдаты.

В казармах сидели хмурые бойцы, готовя оружие для возможно своего последнего боя. В городе появлялись странные люди, живые снаружи, но мёртвые внутри. Они не боялись смерти, их не страшил мороз, они сами несли холод и ужас. Каждый из них имел вытатуированный на лбу знак, знак Красного Императора.