была до того, как сущность семени платана пробила себе дорогу. Подойти, пока они не окажутся ближе, чем любой другой корабль, с тревогой осознал Пул. И, наконец, они столкнулись с тем новым, что появилось. Это была еще одна загадочная, анонимная форма: посеребренная сфера, возможно, пару метров в поперечнике. По окружности у нее было что-то вроде пояса, похожего на шнурок, к которому был прикреплен ярко-зеленый кулон. Мириам и Никола, сидевшие за пультом управления, изучали этот объект с помощью сенсоров флиттера. Пул просто смотрел. — Похоже, это двоюродный брат тех дождевых капель, которые попали вместе с семенем платана. — Не думаю, — сказала Никола. — На самом деле более массивный. Эта штука весит тонну. Менее плотный, чем вода… — Он почти безликий, — сказала Мириам, проверяя свои собственные мониторы. — Но вы можете видеть, что он вращается. Посмотрите на этот шнур вокруг его экватора. Шнурок с прикрепленной подвеской… Без слов Никола вызвала изображение "подвески". Это был тетраэдр — маленький, всего несколько сантиметров в поперечнике, зеленая рамка, окружающая пустое пространство. — Любопытно, — сухо заметила Никола. — Откуда бы ни взялась эта штука, откуда она могла знать, что этот конец червоточины заканчивается тетраэдром? — И еще любопытнее, — сказала Мириам, — согласно анализу наблюдателей ООН, этот зеленый цвет — не какой-нибудь старый зеленый. Это хлорофилловый зеленый — зеленый Земли. Пул чувствовал себя все более неловко. Затянувшееся чувство неправильности, которое он испытывал с тех пор, как из червоточины впервые появилось семя платана, теперь резко усиливалось, закручиваясь в нем спиралью, как бур эпохи антропоцена, высасывающий последние остатки нефти из скважины. — Может быть, это универсально, — сказал он. — Я имею в виду хлорофилл. Может быть, под любой солнцеподобной звездой, с биосферой, основанной на углероде, законы химии диктуют… Никола рассмеялась. — Ваш приятель-биолог Джек Грантт на это не купился бы. Есть много способов усваивать солнечный свет. И даже если это так, считаете ли вы, что четырехгранная форма тоже универсальна? Вы проектировали портал. Почему вы выбрали именно эту конфигурацию? Почему не куб или… — Потому что это выглядело… ну, правильно. Эстетично. Я хотел, чтобы мои червоточины были красивыми. Мы просидели всю ночь, делая наброски. — Итак, произвольный выбор? — Никола оглянулась на него. Позже он вспоминал, что она не казалась взволнованной или впечатленной, учитывая новость, которую собиралась ему