полируя, чиня. Они отбрасывали огромные тени на среду обитания. Этот пузырь света был местом, где люди продолжали жить своей жизнью, настолько, что немногие из них даже взглянули на Пула, незнакомца, знаменитого — или печально известного — мирового деятеля. От этого он почувствовал себя еще лучше. Почти успокоенным. — Я всегда был уверен, что мы выживем здесь, как только соберем приличное население, — сказал Грантт, ведя Пула по мирку. — Я имею в виду, у нас, марсиан, уже были необходимые навыки. Весь Хирон размером всего пару сотен километров в поперечнике; мы на Марсе строили аркологии больше размером. И Хирон щедр. Он на двадцать пять процентов состоит из водяного льда по объему и насыщен органической химией. Сначала мы думали раскрутить его, чтобы обеспечить нам нормальную гравитацию — я имею в виду, нормальную для Марса. — Но это сделало бы вас слишком очевидными. — Для ксили, да. Мы инстинктивно скрывали все, что делали, с самого начала. В конце концов, мы пришли сюда прятаться. И присматривать за ксили. — Мы разобрали большинство кораблей, которые доставили нас сюда, и погрузили спасенное во льды. Вся наша внутренняя связь осуществляется по закрытым кабельным системам. У нас есть несколько ВЕС-двигателей, снятых с кораблей, которые мы могли бы достать из хранилища, если бы нам действительно срочно понадобилось много энергии. Пока мы живем на девяносто девять процентов за счет потока энергии солнечного света, который естественным образом попадает на поверхность Хирона. — Живем скромно и тихо, и до сих пор это срабатывало. И, — раздраженно добавил он, — когда вернешься, можешь сказать своему отцу и его коллегам по управлению, что нам не нужны директивы, выговоры и лекции о том, как оставаться незаметными. Мы знаем. Мы уже пережили десятилетие в нескольких астрономических единицах от неистовствующих ксили. На самом деле сообщения от руководства сами по себе являются одними из худших угроз нашей безопасности. Пул ухмыльнулся. Его отец знал все о марсианах. Большая часть из десяти миллионов, в конце концов, бывшие обитатели планеты оказались беженцами на самой Земле, и большинство из них все еще были там, на холодной Земле, в облаке Оорта. На самом деле, в первые дни после Перемещения марсиане внесли неоценимый вклад в выживание Земли: в отличие от большинства рожденных на Земле, у них был личный опыт жизни в холодном, практически безвоздушном мире. Но марсиане, сказал Гарри, были самоуверенной, злобной, склонной к спорам компанией, которая была проклятием