на Землю принцессы Элизабет. Послушайте, мой отец тоже будет там. — Гарри? Я думала, ваша мама… — Она хозяйка. И, по-видимому, ей есть что сказать. Но Гарри вмешался, и не в первый раз в моей жизни. Это сложно. — Вы — Пул. Это всегда сложно. — Просто не провоцируйте его. — Пул нажал кнопку пульта связи. — Пристегивайтесь, мы спускаемся. 21 Когда они прибыли, Гарри Пул с бокалом в руке расхаживал по приемной Мюриэл. Он, казалось, не обрадовался, увидев Никола Имри, входящую рядом с его сыном. — Вы. Почему, черт возьми, вам нужно быть здесь? Это поместье Пулов. Семейное дело. Пул мягко сказал: — Все, что произошло с тех пор, как семя платана прошло через червоточину, влияет на все человечество. Может быть, это хорошая идея — взглянуть на ситуацию с точки зрения не родословной, как ты думаешь? — Взгляд? Ее? Она всего лишь обманщица, Майкл, и так или иначе собьет тебя с пути истинного. — В любом случае, почему ты здесь? — Пул знал своего отца. Когда он был рядом со своим сыном, особенно лично, это обычно происходило потому, что Гарри чего-то хотел; и наоборот, его обычно не было рядом, если он этого не желал. Сейчас что-то в его явной напряженности заставляло Пула нервничать. Но Гарри непринужденно ухмыльнулся. — Мы к этому еще вернемся. В любом случае, я привел с собой подкрепление. Не собираюсь оставаться в меньшинстве… А, вот и Мюриэл. Пул, казалось, видел эту сцену циничными глазами Никола. Эта приемная была огромной, зал с прозрачным полом, похожим на лед, по которому были разбросаны подушки, стулья, столы, а также несколько стендов с умными экранами. Любой человек был бы ошеломлен самим масштабом. Главной особенностью было арочное панорамное окно, выходящее на север — конечно, на север, если смотреть из южного полюса. В ярком свете искусственных огней был виден сад, зеленый ковер, усеянный зарослями деревьев, который простирался до берега океана, на котором виднелся морской лед. Пул понятия не имел, какая технология использовалась, чтобы сохранить огромное поместье свободным от восстановленного Гэбриэлом Пулом льда даже во время антарктической зимы; что бы это ни было, оно было тонким и ненавязчивым. И теперь по залитому светом полу шла его мать. — В меньшинстве? Подкрепление? Тебе обязательно использовать такие конфронтационные термины, Гарри? Мюриэл была одета в свободную бледно-зеленую рубашку и брюки, и ее отражение безупречно воспроизводилось умной поверхностью пола. Даже туфли, которые она носила, мягко постукивали при каждом шаге. В то время как