— Зато нам как повезло! — стараюсь ответить в тон актрисе и кидаюсь ближе, вцепляясь в её платье.

Лёгкий рывок и добрая его треть остаётся в моих руках. С другой стороны тут же подскакивает Раппи-харр. Из толпы что-то выкрикивают, а девушка моментально остаётся без своего внешнего наряда. Ткань рвётся и расползается от малейшего прикосновения — чудо, что она его каким-то образом смогла надеть.

— Не беспокойтесь, прекрасная принцесса, — звучит мужской голос. — Я быстро разберусь с этими уродцами.

Рослый мужчина в каком-то карикатурном доспехе и плаще. Который быстро мчит в нашу сторону и пинает Раппи-харра. Вернее, пытается. От всей души прямо — когда леггар уворачивается, актёр чуть не падает.

— Ты чё, подприяпнутый? Я те щас ноги отстрелю нахрен! — тут же реагирует гоблин.

Притормозить я его не успеваю. Да и не могу — не использовать же для этого физическую силу. К счастью леггар не стреляет. Вместо этого кидается вперёд и на ходу достав небольшой топор хреначит обухом в колено.

— Сука! Ты чё тво… — голос рухнувшего на сцену мужчины обрывается, когда обух топорика соприкасается с его черепом.

— Ну чё, принцесса? — разворачивается гоблин к оторопевшей девушке в серебристом нижнем белье. — Похоже теперь ты наша.

Актриса моргает, растерянно смотря на топорик в его руках. А толпа внезапно взрывается аплодисментами.

— Ну наконец-то! Уж думал не дождусь, — орёт какой-то толстяк из первого ряда.

— Шикарный ход! — поддакивает другой зритель, помахивая бокалом.

Сверху что-то хрустит и вниз быстро опускается занавес. Я же делаю жест рукой, демонстрируя Раппи-харру раскрытую ладонь. Он не из нашей тройки и базовым жестам не обучен. Но этот интуитивно понятен и до леггара вроде доходит. Делает шаг назад от окончательно обалдевшей актрисы, которая не знает, как реагировать.

— Вы грёбанные тупые уроды, но вы гениальные, сука, уроды! — как только падает занавес, на сцене появляется всё та же женщина. — Быстро переодеваться. Это всё скиньте и… Япь! Простыни вам не подойдут. Полотенца сейчас притащат. На публику раньше трахались, нет? Хотя вы же гоблины, какая вам нахер разница!

Раппи-харр только скалится и разглядывает девушку. Та же, наконец осознаёт ситуацию и потрясённо машет головой.

— С гоблинами? Да ни за что! Такого в контракте не было! — в голосе звенит искреннее возмущение.

— Две сотни сверху за этот вечер! А зажжёшь толпу, возьму в постоянный состав, — поворачивается к ней женщина. — Или проваливай и сцену отыграет Настя. Зрители даже разницы не заметят, на лицо в следующей сцене никто и внимания не обратит.