Закончив исторический экскурс, командор-майор исподволь взглянул на старшего лейтенанта. Национальные чувства, конечно, задеты. Все же он промолчал. Зато Димитров опомнился.

– Мы с вами не на Второй Мировой, командор! – оправдывался Тодор Димитров. – Три века прошло. Все меняется.

– Не все! – возразил Стас. – Хорошо, я вам расскажу историю из нашего времени. О своем друге, с кем вместе служили в ВС России. Вы говорите, «не роботы». А зря. Если бы роботы умели самостоятельно думать, то люди-солдаты были бы не нужны. Мой товарищ командовал группой разведчиков, это было в самом конце столетних шахидских войн. Группа должна была взорвать стратегический объект на территории Пакистана. На завершающей стадии операции пулеметчик на вышке засек взрывников. Мой друг скомандовал им отходить, а бойцу, отвечавшему за подрыв, отдал распоряжение взрывать. Всего на три секунды боец замешкался. Пожалел свою ножку. Побоялся коленом опуститься на камень. Пока он перешагнул, пока приспособился… говорю вам, прошло всего три секунды, но за три эти чертовые секунды пулеметчик дал очередь и срезал обоих ребят. Да! Всего три секунды!.. Объект взорвали, это понятно, но того, кто промедлил, мой друг пристрелил. Впоследствии его отдали под суд. Друг получил длительный срок заключения. Но ребят уже не вернуть. И все из-за той суки, которая должна была инициировать взрыв. Говорю для всех, кто меня сейчас слышит. В процессе тренировок и в повседневной жизни никто не заставляет вас действовать в режиме «нон стоп». Но в боевой обстановке счет часто идет на секунды. Понос пробрал в момент получения приказа – в штаны сливай, но делай немедленно то, что тебе приказали. Или будь готов сдохнуть. А если из-за тебя погибнут другие, то сдохнешь ты не просто так. Как собака подыхать будешь. И понос свой, и задницу вместе с ним проклянешь. Обещаю, так и случится. Или вы это поймете, или все на чем-нибудь сгинете. И роботы тут не причем, а вот мозги…!

Сказав, Станислав развернулся и зашагал к тому месту в общем строю, где стоял Тодор Димитров.

– Подполковник, вы при всех недавно похвастались так называемым нейтралитетом. Ставили себе в заслугу то, что не высказывали негатива в мою сторону и не подписывали коллективную челобитную на меня в Совет.

Вообще-то, устраивать разнос офицеру при его подчиненных не до лжно. Видимо, командор-майор уже в точности знал: Димитрову более не командовать штурмовиками.

Тут Родимов вдруг усмехнулся. Вернулся на середину к Эрвину Гроссу. Взглянул в глаза администратору и (вроде бы между собой, но в полный голос) продолжил с ехидной усмешкой: