Может, у меня в этой жизни есть родители? Было бы интересно это почувствовать. Когда есть кто-то, кому на тебя не плевать. В прошлой жизни родителей не было: детдом, потом армия, потом… работа. Хотелось бы семью. Нормальную.

Шагал дальше, вошел в лес, вокруг: сухие деревья, кусты. Прислушивался к звукам, ожидал опасности в любой момент, привычка. Методист всегда начеку.

Нужно всё обдумать, переварить. Понять, какого хрена этот божок со мной сделал, что за голос в голове, что за метка? Потом. Сначала, люди, еда, крыша.

Лес редел, впереди поле, а за ним огни. Там должны быть люди. Брёл через грязное и вспаханное поле, вокруг никого. Чуть дальше виднелся деревянный забор, но почему-то кривой, ворота открыты, за ними дома. Деревянные, низкие, с соломенными крышами, дым из труб. Факелы на столбах. Средневековье? Точно средневековье или что-то похожее.

— Дарл! — закричал кто-то.

Я вздрогнул, обернулся. Мальчишка, лет десяти бежал ко мне через поле, а за ним еще двое.

— Дарл вернулся!

— Выжил!

Голоса детские, звонкие. Со всех сторон: Дарл. Это имя этого тела? Запомнил и продолжал шагать к деревне. Дети бежали рядом, кричали, показывали пальцами. Люди начали сползаться, человек двадцать, свет от факелов повсюду. Лица в полутьме, любопытные, испуганные, злые. Какого хрена?

Ко мне подошёл мужик. Лет пятидесяти, борода седая, живот круглый, грубое лицо, шрам на щеке. Одет просто: рубаха, штаны, сапоги. на поясе нож. Посмотрел на меня сверху вниз злым.

— Вернулся? — спросил он с ухмылкой.

— Ага, — постарался тоже выдавить лыбу, — я дома…

В душе вдруг стало тепло. Ну вот… люди, поселение, меня знают. Теперь можно выдохнуть. Мне требуется буквально два-три дня в спокойствии. Залечить раны, восстановиться, поесть и поспать. Разобраться с местом и миром, и я готов строить свою новую судьбу.

— Где ты был, засранец? — вдруг спросил он, лицо исказилось.

Вот так встреча… Нормально? Я тут в грязи, в крови, хромаю, измотан до предела, а со мной так. Может, он не знает, кто я?

— Там, — указал себе за спину, на лес.

— На болоте? — брови мужика поползли вверх.

— Да, — кивнул.

Толпа зашумела. Шепот, переглядывания.

— На болоте? Три дня?

— Как выжил?

— Там твари!

Три дня? Я был там три дня? Или это тело было там три дня до того, как я в него попал?

— Он заражён! Он заражён! — закричали с разных сторон. Я вздрогнул.

— Чего? — удивился и мотнул головой. — Нет!

Оглядел себя, ну выгляжу немного как зомби из фильма, но с кем не бывает?

— Смотрите! Смотрите! Метка! Это скверна! — верещала старая баба в платке.

Глянул на неё, рожа вся в морщинах, беззубая пасть, а её трясущийся палец показывал на меня.