Вчетвером мы подтаскиваем его к берегу, Слива какой-то бледный, морщится, но больше не орёт.

— Кали костёр быстро — ору я, забегая по колено в воду и хватая Сливу за шкирку.

Холодная вода тут же обожгла мне ноги, как будто в них одновременно воткнули тысячу иголок, холодно пипец, что уж про Сливу говорить, он точно очень сильно замёрз.

Та, бросив верёвку ломанулась к костру. Собака вон крутиться рядом, тоже в воду забежал, Бозе тоже по колено в воде.

— А, нога — заорал Слива, когда мы вытащили его на берег.

— Какая? — ору в ответ на диком адреналине.

— Левая.

— Всё потом — так же орёт Бозе — к костру его ближе и снимаем с него одежду.

Волочём Сливу к костру, около него носиться Кали, таская и кидая в него как можно больше хвороста. Пёс бегает вокруг нас и немного поскуливает. Слива не орёт, только шипит и немного материться.

Подтаскиваем его к костру, кладём на парусину, я начинаю снимать с него ботинки, он уже синий, глаза закатываются, он замёрз, замёрз очень сильно, начинает вырубаться.

— Слива не вырубайся — ору ему, хлопнув его пару раз по щекам.

Бозе пытается стащить с него куртку, снял, следом футболку. Снимаю с себя куртку и кидаю её Бозе, тот пытается одеть её на голый торс Сливы. Сдёргиваю с него штаны, вижу, что в районе левой лодыжке нога опухла.

— Вывих — быстро говорю ему — не сломал, держись, сейчас согреешься.

Тот зубами выдаёт такую чечётку, что её, наверное, в порту том слышно.

— Хоооолодннннно, мляяяяять.

Кали и Бозе уже сняли с себя куртки, Кали так же носиться, собирая хворост, Бозе укутывает куртками Сливу, я растираю ему правую ногу и левую выше колена и приговариваю.

— Держись, держись, щас согреешься, фляжка где?

Во, вовремя я про неё вспомнил. Бозе тут же побежал к рюкзаку, достал из неё фляжку и назад к Сливе.

— Пей — открутив пробку пихает ему её в руки.

Но руки его не слушаются, они у него ходуном как у алкаша ходят. Бозе не долго думает начинает ему лить из неё прямо в рот.

— Отвернитесь все — к нам подбегает Кали — Слива закрой глаза и куртки с себя сними.

— Чего? — охреневает он.

— Глаза закрой говорю.

С этими словами она быстро начинает скидывать с себя одежду. Оставшись абсолютно голой, каюсь, я всё-таки подсмотрел, ныряет к Сливе, прижимается к нему своим телом и заворачивается в парусину.

— Запакуйте нас получше — говорит Кали.

Слива, гад, уже лыбиться сидит. Кали положила Сливу и легла на него сверху. Мы со всех сторон подбиваем парусину.

— Меня так папа научил — говорит Кали — он говорил, что, когда кто-то сильно замёрз, его можно согреть другим телом.