— Тут походу какие-то Новые русские живут — обалдев не меньше моего, сказал Слива, так же рассматривая дома.

Перед въездом в селение стояла толпа, человек 40, а может и больше. До них было метров 150–200, но я вижу там и детей, и стариков, и женщин, и девушек. Несколько всадников вон с ними, штук пять таких же тук-туков, один вон большой, вон ещё люди к этой толпе бегут, собаки, ещё лошади, даже вон три коровы стоят сбоку и на нас, приближающихся, смотрят.

И тут мимо нас промчались три лошади, на первой Кали с батей, на второй Бозе с одним из братьев и ещё кто-то, остальные так и едут позади нас.

Хорошо видим, как они остановились около этой толпы, и та радостно взорвалась криками. Вижу, как Кали и Бозе мгновенно утонули в этой людской массе, как люди радостно их обнимают и приветствуют.

Мы подлетели и наш водила остановил тук-тук метрах в двух от них. А мы со Сливой так и сидим в кузове. И тут они все как-то разом обратили внимание на нас и притихли, стало вот прям совсем не удобно.

— Здрасти — выдавил я из себя, ощущая на себе десятки глаз и встав в кузове.

— Добрый день — кивнул Слива так же поднимаясь — Братишка поздоровайся.

Пёс тут же пару раз тявкнул. Все засмеялись.

Спустя пару секунд к нам подошли с десяток женщин, все одеты в лёгкие платья, у кого-то есть на голове платки, у кого нет. Во главе подошла женщина лет 50 с небольшим и крепко держала за руки Кали и Бозе. Её глаза были красными от слёз, а черты лица у всех троих удивительно были схожи. Это точно их мама.

— Спасибо вам, мужчины — произнесла она — спасибо за детей.

Она хотела ещё что-то сказать, но из её глаз снова предательски брызнули слёзы.

— Ну мам, ну хватит — попыталась успокоить её Кали, а Бозе обнял их обеих.

— Так, бабы, хватит тут сопли разводить — раздался знакомый бас папани и он, спрыгнув с коня подошёл к нам — всё позади, все дома. Гостям и спасителям наших детей нужно дать возможность отдохнуть и привести себя в порядок, а после будем отмечать возвращение. Берите их и приводите в порядок.

— Да, да конечно — быстро вытерев слёзы, сказала засуетившись мама — Ицун, вези их в наш дом. Каха, Каха, ты где? — крикнула она в толпу.

— Разойдитесь, да разойдитесь же — послышался мужской голос.

Толпа расступилась и к нам подлетел катер, по размерам как телега, ну может чуть побольше, так же одна кабинка с водилой, в кузове сено. Мама, Бозе, Кали и ещё несколько женщин лихо запрыгнули в кузов, и мамаша кивнула Ицуну.

— Поехали — весело сказал наш водила и тронул катер.

— Всё несите — отлетая от этой толпы услышал я голос бати — да повкуснее и вина побольше.