Млять, я засмотрелся.

Вон Песочный, взвалив на плечо одну из девушек ломанулся обратно, вторая бежит за ним пригнувшись, как может. Им вон кто-то из укрытия машет, они бегут туда, мы стреляем и прикрываем их, как можем.

Огоньков от выстрелов, стреляющих по нам жабоедов всё меньше и меньше. Нам очень сильно помогли пленницы, включившись в бой.

И тут неожиданно один из фургонов с пленными взорвался, вернее за какие-то доли секунды я увидел, как в него стали стрелять сразу двое Аниц, их пули прошивали его борта насквозь, затем как по команде они спрятались от полетевших в них пуль, и я только увидел взмахи их рук и летящие в сторону фургона гранаты.

Одна граната упала прямо под фургоном, а вторая влетела через разбитое лобовое стекло в кабину. Дальше они рванули одновременно.

— Неееееет, — заорали мы со Сливой практически одновременно.

Кажется, с нами орал ещё кто-то. Фургон как-то весь вспух, задние двери тут же вышибло взрывной волной и из него полетели остатки пленных. Все, кто были внутри, погибли мгновенно. Вижу, как из уже горящего кузова вывалился полностью горящий пленник. Он вообще весь горит, орёт от боли так, что на мгновение своим криком, полным боли, заглушил стрельбу. Он успел подняться, пройти пару шагов и упал.

— Падлы, — заорал Слива и ломанулся вперёд.

— Куда, стой, убьют, — заорал я.

Но Слива меня не слышал, как не слышали и ещё несколько человек. Взрыв фургона видели почти все.

Видимо это просто подстегнуло нас, злость пришла такая, что я уже обнаружил себя бегущего и стреляющего в это укрытие, где были эти два урода, взорвавшие фургон с пленными. Справа от нас появился Копчёный, морда перекошена от злости, стреляет из трёх автоматов, его верхняя левая рука висит плетью.

Вон из дыма и копоти появился Колючий, за ним две девки, Укас и Мамуля. Все орём и стреляем как сумасшедшие.

Одного из этих жабоедов мы буквально изрешетили. Он резко вскочил и хотел было стрелять по нам, но просто не успел. В него тут же прилетело несколько десятков пуль. Какие-то рикошетили от его скафандра, а какие-то пробили его. Всё, готов, второй успел отбежать на несколько метров и спрятаться за ящиками и каким-то бочками.

— Ложись, — заорал кто-то из нас, и я увидел, как из дыма в это укрытие полетело сразу 3 или 4 гранаты.

Падаем, взрывы слились в один, нам на голову летит земля, камни, щепки и метрах в трёх от нас на землю со смачным таким шлепком плюхнулась рука в остатках скафандра.

Кто-то орёт в дыму.

— Они сваливают, не дайте им уйти.

Кто сваливает? Куда?

Слышу хорошо, на зубах пыль и грязь, продираю глаза, отплёвываюсь, вон Слива рядом в небольшой воронке и кажись мне что-то орёт. Ни хрена, значит, я плохо слышу.