— Ракета справа — услышал я голос Висена и у меня мгновенно всё похолодело.

— Откуда ракеты? — уже выбравшись из-под меня и держась за щёку, в которую я ему двинул прикладом проорал Сливу.

Пилоты ничего не ответили, они кидали вертушку из стороны в сторону. Мы отчётливо слышали, как по корпусу барабанят пули, а потом нас тряхнуло, тут же сильно запахло гарью и в кабине запищали несколько звуковых сигналов.

— Висен, Висен — закричал Халачи.

Мы все тут же услышали, что гул турбин изменился и вертушка снова нырнула вниз.

Плюнув на всё, я отбросил в сторону калаш и по пацанам полез в сторону кабины. Сразу почувствовал приток свежего воздуха, прям можно сказать холодно стало. Едва сунул в кабину голову держась за косяк, так как вертушку продолжало кидать из стороны в стороны, то сразу увидел в лобовом окне большую дырку и справа ещё несколько, там, где как раз и сидел Висен. Сам он сидел в кресле свесив голову и руки.

— Висен погиб — как-то совершенно спокойно увидав меня сказал Халачи — держитесь, в нас попали, хорошо попали.

— До четвёртого блока до места посадки дотянем?

— Не знаю, постараюсь.

Он одновременно отвечал мне и обеими руками то и дело переключал какие-то тумблеры на панели сбоку и наверху. На Висена он посмотрел только один раз, стиснул зубы и продолжал бороться с вертушкой, которая никак не хотела переходить в горизонтальный полёт. Так продолжалось пару минут точно. Я вцепился во что только можно руками и почти зубами, старался удержаться, чтобы меня не шмякнуло обо что ни будь. Неожиданно эта звуковая сигнализация заткнулась и вертушка, натужно ревя турбинами полетела ровно.

Неожиданно Халачи резко бросил штурвал и двумя руками вцепился в Висена.

— Висен, брат, как же так?

В ту же секунду мы снова ухнули вниз.

— Штурвал держи — заорал я на него и почему-то несильно отвесил ему леща по затылку — ему уже не помочь, он мёртв, Нитал тоже погиб, вытаскивай нас.

Когда нас с минуту назад колбасило, голова Висена болталась и в один момент я увидел, что вся правая сторона его лица как бы стёсана, там был сплошной кусок мяса, если это так можно назвать. Погиб он мгновенно, хоть не мучался как Нитал.

После моего леща Халачи включился сразу, он снова начал бороться с управлением стараясь выпрямить наш полёт. Судя по матам и крикам сзади, пацанам там тоже не сладко, кидает их там по грузовому отсеку, и я то и дело чувствую, как кто ни будь из них падает мне на ноги. А повернуться то я не могу, вцепился сам как клещ.

— Крот, Крот приём — начал я вызывать его по рации как-то умудрившись упереться ногами.