— Точно придурки — зашипел Туман.

— Вам чё, даже сдаться не предложили? — удивился Апрель.

— По Нурану кто-то стрелять начал, ну мы в ответ. Погонщик тут же общий сбор объявил, все к нам, по нам стреляют, мы стреляем. Стрельцы появились, братва какая-то местная, все с оружием, наши кто к нам прорвался, кто нет.

— Твою мать — выругался Грач.

— Погонщик дал команду мне и Сене прорываться с рынка на тракторе с аппаратурой. Приказал спрятаться в лесу и периодически выходить на связь на нашей волне.

— Почему все сразу не попытались вырваться? — спросил Грач.

— Да потому что некоторых из наших ребят зажали. Местные как-то быстро их срисовали, хотя там много кто тогда стрелял.

— Погонщик своих не бросает — напомнил я вздохнув.

— Да — обречённо закивал Николай — ну мы с Сеней в трактор и на прорыв. Уже почти вырвались с рынка, а тут местные менты подлетели, стрельцы эти, а у них пулемёты на турелях.

— Видели.

— Ну вот они и врезали по нашему трактору, кубы и кое какую аппаратуру в труху разнесли, Сеню ранили, я уже потом увидел. Из города тоже вырвались, нас преследовали, стреляли, мы в ответ, оторвались, в лесу спрятались. Сеня оказался сильно ранен, оказал ему помощь какую мог, хотел в больницу, он запретил, стал наших вызывать, тишина.

— Ментов местных положили? — спросил Риф.

— А куда деваться было — развёл тут руками в стороны — с ними и местные бандюги были. Взяли бы нас, там аппаратура, она бы их точно заинтересовала.

— Надеюсь у вас хватило ума не притащить сюда их трактор? — спросил Туман у Рифа.

— Обижаешь командир. Он весь в дырках, нам бы тут сразу стали вопросы задавать, так в лесу и оставили, замаскировали только получше.

— Ну вот, потом Сеня умер, похоронил я его там — тихо продолжил свой рассказ Николай — на связь периодически выходил, вызывал ребят, так никто и не ответил. Аппаратуру и кубы пулями побило, ворота открыть нельзя. Только рация осталась и блок, по которому сигнал sos выдать можно.

— Сам в город не ходил? — спросил я — не пытался выяснить где ребята и чем всё закончилось?

— Ходил, два раза. Первый раз через сутки, на рынок соваться побоялся, мало ли кто узнает, так, покрутился и назад, больно патрулей много было. Потом ещё через три дня. В кабак зашёл, там как раз это и обсуждали.

— И?

Мы как по команде все подтянулись.

— Там я узнал, что на рынке взяли 7 наших, остальные погибли. Погонщик кстати жив.

Бам, Туман зло ударил кулаком по подлокотнику и покраснел от злости.

— И где они? — стараясь не сорваться спросил я.

— Судили их всех, сделали крепостными, продали одному из торговцев, погрузили на бронепоезд и где они сейчас я не знаю. Всё что было с собой конфисковали.